Майк не ответил, только развел руками: мол, мы все поняли. Вилор что-то рыкнул на неизвестном мне языке и неохотно убрал нож. Я вздохнула глубже. Чувство реальности вернулось, но, похоже, за эти полчаса оно успело как-то измениться. Может быть, вывернуться наизнанку.
Вилор оттолкнул меня и как ни в чем не бывало повернулся к своим. Отошел проверить, как идут дела у тех, что за компьютерами, а про нас с Майком будто сразу забыл. Я поглядела на братца — лицо у него было белое, как стенка. Я и сама ощущала подозрительную неуверенность в ногах.
— Не стой столбом, — Майк потянул меня за собой, и мы вышли из тускло освещенной комнаты в ночную тьму. Охранники у дверей нам не препятствовали.
— Ты мне сейчас же объяснишь, что… почему… — я вцепилась ему в руку. Голос против воли звучал жалобно.
Майк посмотрел на меня, потом зачем-то на небо и покачал головой.
— Если бы курил — закурил бы… Умеет Вилор людей пугать, — заключил он.
Я наконец разозлилась. В конце-то концов, это Майк все устроил, вот пусть и объясняется!
— Что, к лешему, здесь происходит?! Я никуда не пойду, пока ты мне не скажешь!
Майк значительным жестом указал наверх, я подняла глаза и поняла, что смотрел он вовсе не на небо. Над дверью была установлена видеокамера, и красный глазок записи недвусмысленно сообщал, что мы под наблюдением.
— Пошли, — братец шагнул с крыльца. — По дороге поговорим…
Майк прошел мимо ворот, открытых нараспашку. За ними убегала вдаль проселочная дорога с глубокими колеями, в которых лежали густые тени. Я оглянулась: за бревенчатым домиком, откуда мы вышли, виднелась плоская черная громада лабиринта, огороженная светлыми каменными стенами. Выглядело это все так, будто на месте лабиринта была когда-то площадь или большой двор. Над лабиринтом несли дозор четыре сторожевые вышки. На одной из них горел костер. Так вот откуда этот красноватый отблеск на колючке… За стенами громоздились гигантские земляные валы — насколько они велики, в темноте я разглядеть не могла. Казалось, что окружающую местность просто взяли и смяли, как носовой платок.
Братец ухмыльнулся:
— Интересно, да? Это, Галка, другой мир. Не Земля, не Марс и не какая-то другая планета в нашей вселенной. Совсем другой мир. Не наш.
Подождав, пока я переварю новости, братец продолжил:
— Меня называют ходок, потому что я могу переходить из одного мира в другой и мне для этого не надо ни амулетов, ни обрядов. Я тут один такой был… а теперь и ты появилась. Я, когда тебя в лабиринт пускал, даже не предполагал, что ты дойдешь до конца. Обычно дальше дымки дело не движется, а еще ребят тошнит и видения всякие бывают… ну, тогда я захожу в лабиринт и вывожу их оттуда. Типа проверка закончена. Но чтобы до конца пройти… — Он покачал головой. — Да, ты тут всех напугала. Откуда ж я знал, что так получится…
Я так ничего и не поняла. Другой мир? Вот это — другой мир? С собаками-киборгами, арбалетами и психами со Звездой Хаоса на одежде? Не так я себе все это представляла. То есть слишком уж это все напоминало постапокалиптический фильм. Настолько, что казалось ненастоящим. Может, это действительно какой-то хитрый розыгрыш? Но ради чего? Я не понимаю… Потом я вспомнила мглу в лабиринте и черное небо, полное огромных полупрозрачных сфер, движущихся по запутанным орбитам. Я могла поклясться, что это мне не привиделось, хотя картина была достойна скорее кошмарного сна, чем реальности. И чем ее объяснить? Хотя, может быть, всего лишь галлюцинация…
— Майк, — спросила я, догоняя братца, — слушай… Когда я шла через лабиринт, я посмотрела на небо…
— А, сферы, — хмыкнул Майк. — Незабываемо, да? Я когда в первый раз увидел, перепугался до смерти. Мне сказали, что каждая сфера — такой вот мир, представляешь?
— Опупеть, — только и пробормотала я.
Майк привел меня к подножию гигантского земляного вала, поросшего редкой травой. Там теснились дощатые домики, напоминавшие снятые с колес строительные вагончики. Один из них точно был когда-то таким вагончиком, но откуда он взялся в этом якобы другом мире?
Никаких фонарей, понятно, вокруг не наблюдалось, окрестности освещала только бледная луна, а возле домиков падали на траву желтые отсветы, пробивавшиеся сквозь щели в ставнях. Изнутри время от времени доносился металлический стук, жужжала дрель и что-то шипело.
— Мастерские, — пояснил Майк. — Здесь никогда не спят. Схарматы — те, кто охраняет лабиринт, — все время чем-то заняты. То мелким ремонтом, то новых мехов варганят. Сейчас, мы быстро…