Майк уверенно отпер калитку, набрав на блестящем, явно земного изготовления замке код. Мы вышли в ночь, полную запаха дыма и далеких огоньков. Двигатель Вжика заработал громче.
— Садись, — приказал братец. И добавил, вздохнув: — Держись только крепче.
Предупреждение оказалось не лишним. Не знаю, были ли здесь вообще дороги приемлемого качества — в темноте разобрать приметы местности я не могла. Но, судя по нашему путешествию, дороги на Аррете существовали только приблизительно. Вжик скакал по кочкам и колеям, как дикий мустанг. Зубы у меня клацали, а пятая точка сильно болела. Здесь не на байке надо ездить, а на танке Т-90… Но так или иначе, мы продвигались вперед, и гораздо быстрее, чем если бы шли пешком. Так что, несмотря на отбитую филейную часть, я даже порадовалась про себя тому, что еду. Может, удастся обойти тех жутких охранников, уродов… Да и с Вжиком я почему-то чувствовала себя увереннее.
Майк свернул к уже знакомым вагончикам. Как и прошлой ночью, роль фонаря возле их хлипких стен исполняла луна и свет, сочившийся из закрытых ставнями окон.
— Пошли, — Майк выключил мотор байка и помог мне слезть.
— А не угонят?
— Вжика-то? Он с чужими не поедет. Чтобы его завести, надо знать Слово управления, а знаю его только я.
Слово управления? Это еще что такое? Хотя я сразу припомнила, каким образом тетушка управляла своим железным скорпионом. Она ему что-то шептала, это точно.
Мастер Феликс открыл, как и в прошлый раз, не сразу, только проверив через глазок, кто стоит за дверью. В его вагончике-сарае все так же тихонько шевелились на насесте голуби, пахло пометом и сивухой, только вот уровень мутноватой жидкости в бутыли заметно понизился.
А еще у стола кто-то сидел. Я не сразу разглядела лицо незнакомца, но когда в тусклом свете лампочки все-таки разобрала черты, то меня чуть наизнанку не вывернуло. Чертово эстетическое образование… Была бы медиком — наверное, никакого шока бы не получила.
Человек был изуродован. Страшно, неузнаваемо. Видимо, когда-то получил глубокие ожоги — половина лица была бугристая, будто небрежно вылепленная из теста. Кожа казалась розовой, блестящей, натянутой поверх этих бугров, как полиэтиленовая пленка. Нос превратился в уродливый нарост с двумя отверстиями. Ни бровей, ни век. Глаза… Глаза отсутствовали. В неровных впадинах глазниц у человека вращались, меняя фокус, две миниатюрные камеры. Часть головы охватывала стальная пластина. Левая рука, которой человек придерживал какую-то машинку, рукой, собственно, не являлась. Ее заменял металлический протез сложной конструкции, с клешней вместо кисти. Но если на нашей стороне все эти фантастически выглядевшие импланты вряд ли бы работали, то на этой — их двигала магия. Магия помогала им срастаться с телом, помогала телу наладить с ними обратную связь. Как зачарованная, со смесью отвращения и невольного восхищения я таращилась на это чудо местной технологии.
— О, мастер Тим! — обрадовался Майк. — Как хорошо, что ты здесь. Ты мне нужен.
Урод сделал попытку улыбнуться и кивнул. Разговаривать он, похоже, не мог.
— Я принес еще одну работу. По возможности срочно. Если что, с Вилором я договорюсь.
Майк вынул из рюкзачка несколько свернутых в трубку листов. Не то распечатка, не то документ. Мастер Тим на мгновение развернул листы и с сомнением покачал головой.
— Да я знаю, что ты умеешь работать быстро. Но это надо сделать очень быстро…
Листы мелькнули и свернулись, но я успела одним глазом разглядеть, что в них содержалось. Это была распечатанная на хорошем принтере копия картины Бесчастного «Мультиверсум». Не знаю, где Майк ее распечатал, как снял. Даже при плохом освещении я заметила, насколько точно переданы на копии цвета и оттенки.
Но не это поразило меня в самое сердце. Я по-новому взглянула на инвалида, мастера Тима. Вот так ищешь-ищешь в одном месте, а внезапно находишь в другом…
Я была уверена, что нашла моего художника.
— А Вилор не будет недоволен, что мы сюда заехали? — спросила я, когда мы вышли из вагончика. Мне стоило большого труда сдержаться и не расспросить про мастера Тима. Но я опасалась, что Майку покажется подозрительным мое внимание к бывшему художнику.
— Не-а, — Майк беспечно тряхнул головой. — Сюда мне можно. Все знают, что я своего меха постоянно модернизирую.
— Но сегодня ты явно не для Вжика запчасти покупал…
— Об этом мы с тобой, возможно, еще поговорим, — заявил братец, чем поверг меня в изумление. — Садись!