Увидев этот беспредел в Кремле, я окончательно решил сделать паузу, условно говоря, позитивный перерыв, переключившись на другое творчество, переключившись на другой процесс, на другие грани в области моды, на себя, на свою семью. Единственное, что мне сейчас хочется, это еще немного отдохнуть.
В принципе, я все время собираюсь уйти от зрелищности, от общественности, от этого сияния безумным звездным цветом на экране. Хочу уйти и спрятаться, на какой-то срок, может быть и на долгое время. Посвятить это время помощи детям, своим родственникам. Судя по тому, что мать рассказывает, они сейчас находятся, мягко говоря, в полной заднице. Она недавно на родине была. Поэтому очень хочется в ту жизнь, чтобы немножечко там помочь.
Если вы заметили, я очень быстро посылаю и быстро переключаюсь, поэтому не далек тот час, когда я окончательно пошлю весь наш шоу-бизнес и уйду на отдых. Не знаю, насколько у меня еще хватит сил, здоровья и терпения заниматься творчеством в таком полном негативе. В нашем шоу-бизнесе позитива маловато, там в основном негатив. И это легкообъяснимо, ведь большинство наших артистов живут инстинктом самосохранения, особенно очевидные бездарности. Они пытаются выжить не своими способностями, талантом, а интригами против артистов. Все тоже, что и в моде.
В принципе, бездарность есть везде: и в мире моды, и в мире музыки. К сожалению, чаще всего бездарность руководит, кругом имеет власть и может вырулить ситуацию так, как ей одной будет выгодно. У бездарности колоссальный инстинкт самосохранения. Еще в ранней юности я заметил, чем бездарней мастер, тем больше у него инстинкт самосохранения, он больше выживает, чем талантливый. Как и бездарный художник, который лучше выживает, чем талантливый художник. Кстати, у бездарного художника, как правило, больше коммерческой жилки.
Со стороны наблюдая весь этот беспредел, я все чаще поражаюсь, как умудряется выживать Земфира с ее безумным талантом, с ее безумными и нереальными стихами, с ее безумным видением. Как, не пойму, ведь перед глазами немало примеров, когда очень талантливые люди и на рок- и на поп-сцене срывались из-за этого беспрерывного негатива и уходили.
Я их хорошо понимаю, потому что сам уже немало лет в этом негативе живу, и мне безумно хочется другой жизни, не звездной. Я от звездной жизни устал. Устал от пристального внимания, от постоянных слухов, от постоянных сплетен.
Сплетни чинят в основном те, кто завидует. Эти люди — страшная разрушающая сила. И я порой удивляюсь, как до сих пор моя светлая созидающая сила каким-то образом борется и побеждает. Невероятно, ведь их очень много, а я один. Я убежден, что кто-то мне помогает свыше пережить все нападки, кто-то ведет, когда я не могу двигаться дальше. Я об этом знаю, и я очень благодарен этим силам.
Я не боюсь уйти, хотя и понимаю, что когда артисты делают огромный перерыв, потом очень сложно восстановиться. Совсем недавно мне об этом рассказал Филипп Киркоров. В 1992 году в начале своей популярности он ушел со сцены, вообще уехал из страны, для того чтобы записывать новый альбом. И он вспоминал, что когда вернулся, буквально через несколько месяцев, ему пришлось не то что восстанавливаться, а все начинать с начала. Тогда у Филиппа было такое ощущение, что это просто невозможно, но он смог. Если понадобится, то смогу и я.
Fresh Art и вы конкуренты?
— Я считаю, что Fresh Art — одни из художников, которые работали и работают в моем стиле. Это художники, которые в хорошем смысле слова последователи моего творчества. И если вскрыть мои коллекции 15–25-летней давности — это будут коллекции Fresh Art сегодня. Но я счастлив, что никто не может похвастаться, что они из союза парикмахеров, никто не может сказать, что они «вылезли наверх благодаря нам».
Еще есть у меня очень талантливый последователь, Тадчук Саша. Есть Шевчук Саша. И я рад, что про Шевчука тоже не могут сказать, что он их, из парикмахерского искусства, из союза парикмахеров, чемпион. Никакой он не чемпион и никогда не был. Он больше чем чемпион. И выше всего этого, и профессиональнее, и интереснее многих чемпионов. Дело не в титуле, дело в отношении к работе.
Почему вы не поехали с гастролями в Америку, ограничившись Европой?
— В Америку лететь смысла не было. Выступать в Америке тяжело с технической и организационной точек зрения: надо организовать визы и перелет очень большому количеству людей. Смысла нет.