Елена похлопала по своему плащу:
— Я открою его, только когда последние врата будут уничтожены.
Другая ее рука легла на украшенную розой рукоять меча крови. У нее в распоряжении и так было достаточно магии.
Эррил обернулся. Изменяющие форму стояли по обе стороны от Джоаха. Брат Елены сжимал свой посох, который уже стал белым от прикосновения его неприкрытых пальцев.
Эррил нахмурился. Брат и сестра… оба с оружием крови. Он молился, чтобы им хватило силы совладать с такими артефактами.
Джоах встретил его взгляд не дрогнув, но его щеки окрасил едва заметный румянец стыда. Эти двое почти не разговаривали после второй смерти Грешюма, и доверие между ними пошатнулось.
Внимание Эррила привлекло шипение. Толчук сделал им знак двигаться вперед; остальные уже достигли выхода из туннеля. Магнам и Арлекин шли по остаткам каменной кладки, светящейся в серебряном свете.
Эррил поторопился присоединиться к ним. За проходом их взгляду предстала невероятно огромная пещера. Пол был широким резервуаром, полным серебра, а под потолком вихрился похожий водоворот, черный словно чернила, — тень того, что внизу.
— Врата Виверны, — проговорил Толчук, указывая мощной рукой на центр серебряного бассейна.
Хотя она была далеко, но фигуру птицы из черного камня ни с чем нельзя было спутать. У ног статуи лицом в пол лежала укрытая плащом фигура, четко видимая на фоне серебра.
— Шоркан.
Эррил вошел в пещеру. Чтобы достичь сверкающего озера, ему пришлось пересечь полосу гранита, усеянную пожелтевшими костями.
— Елена, держись за нами. Я не знаю, притворяется Шоркан или в самом деле ранен.
Он не услышал ответа, поэтому обернулся. Елена стояла, застыв, у выхода из туннеля. Ее пристальный взгляд был прикован не к Вратам Виверны, не к лежащему на полу темному магу, а к костям под ногами.
— Елена, — позвал он снова.
Ее единственной реакцией были расширившиеся глаза.
— Кости… это кости гоблинов.
Эррил наконец обратил внимание на сваленные грудами черепа и кости. Судя по форме морды и клыков, по маленькому размеру черепов, Елена была явно права.
— Скальные гоблины.
— Те, кого я убила.
Он подошел, взял ее за руку и повел ее через это кладбище костей.
— Мы должны идти дальше, — сказал он, уводя ее прочь от этих болезненных воспоминаний.
Как только они прошли кладбище костей, Елена вздрогнула, стряхивая с себя потрясение. Они стояли на краю сверкающего озера.
— Стихийное серебро, — проговорил Джоах, — как река между Южной Стеной и Пустошами. Энергия здесь громадная.
Эррил подошел к этому серебру с осторожностью.
Прихвостни Темного Лорда, должно быть, прорыли гранит, чтобы открыть этот источник. Отсюда они собираются добраться до сердца мира и исказить его.
— Если только мы не сможем остановить их, — сказала Елена, к которой вернулись силы.
Эррил кивнул:
— Всем оставаться настороже. Мы не знаем, насколько эффективно действие яда Кассы Дар на мага.
Фердайл и Торн изменили форму, став смесью волка и человека.
— Мы побежим вперед. Если монстр разыгрывает свою слабость, пусть один из нас откроет это. Мы можем двигаться быстрее всех, и у нас есть шанс спастись от скрытой ловушки.
Эррил жестом выразил согласие. Прежде чем он опустил руку, двое изменяющих форму сорвались с места. Они бежали по серебряному озеру с короткими мечами в руках, готовые быстро превратиться в зверей, если потребуется.
— Идем! — сказал Эррил и быстрым шагом последовал за ними. Он был уверен, что Елена останется позади, под защитой их оружия.
Арлекин последовал за Эррилом и встал по другую сторону от Елены, держа в руке пару кинжалов. Глаза коротышки, суженные в тревоге, смотрели на потолок.
Эррил смотрел наверх, когда они пересекали серебряное озеро, проходя под его темным отражением. Хотя сам он не обладал магией, но ощущал враждебность пульсирующей тьмы.
— Если врата уже здесь, — сказал Елена, — почему они до сих пор не отравили место слияния потоков? Чего они ждут?
— Луны, — ответил Арлекин, указывая на потолок. — Там дыра вверху, прямо над статуей. Можно даже увидеть свет.
Эррил нахмурился. Теперь, присмотревшись, он в самом деле увидел слабое свечение в центре темного водоворота. Буря наверху, должно быть, прекратилась, и тучи разошлись.
Елена заговорила, и ее голос был полон беспокойства:
— Они ждут полной луны, которая осветит Врата Плотины, но зачем?
— Дело в могуществе лунного света… могуществе, идущем из Пустоты, — проговорил Арлекин. — Помнишь наше путешествие из замка в Западные Пределы? Им нужна эта сила, чтобы получить энергию для воплощения своих планов.
Джоах оглянулся на них:
— Фердайл добрался до Шоркана, — он указал посохом.
— Подожди секунду, — предупредил Эррил. Их отряд был на полпути между берегом и статуей. Фердайл оказался ближе к распростертому магу, а Торн прыжками осторожно описывала круг вокруг Шоркана и статуи. Врата Виверны довлели над всем — мрачный страж черного крыла, клюва и когтя.
— Посмотрим, что они обнаружили.
Могвид дрожал в своей клетке, проклиная храбрость брата. У него не было желания в одиночку сталкиваться с демоном. Фердайл подошел ближе к распростертой фигуре и низко зарычал — получеловек, полуволк — готовый бежать прочь в любой момент. Длинный черный посох лежал поверх покрытой шрамами руки монстра; его лицо было повернуто в другую сторону.
Фердайл шагнул ближе, а Торн бежала по кругу. Они подходили к магу с противоположных сторон.
Могвид сжался в темноте. Он знал, что может взять на себя контроль над телом, когда бы ни захотел. Если Фердайл отвлечен, это будет просто. Но что он будет делать после? Отсюда некуда бежать.
Он боролся с нарастающей паникой.
«Думай! — крикнул он себе. — Должен быть способ сбежать!»
Но было слишком поздно. Черный посох скользнул в руку мага, лежащего на серебряном полу. Темный маг вскочил на ноги с воем ярости.
Ловушка!
Фердайл отпрянул.
— Беги! — крикнул он Торн, повернувшись, чтобы сделать то же самое.
Но прежде чем он успел даже закончить разворот, темный маг вытянул посох. Сверху рванулись щупальца тьмы, целясь в обоих волков. Фердайл был сбит с ног и закувыркался в воздухе. Могвид почувствовал, что близится их неизбежный конец.
На серебряном озере остальные запаниковали, когда щупальца начали искать и их тоже.
Шоркан держал посох направленным к потолку. Капюшон упал ему на плечи, открыв множество бугристых шрамов и горящие провалы глаз. Его губы задвигались, он стоял, шатаясь. Его посох дрожал. Казалось, его падение все же не было полностью разыгранным.
Пока темный маг собирался с силами, щупальца тьмы конвульсивно дернулись. Текучий, словной нагретое масло, Фердайл выскользнул из своего плаща и сумки и освободился от хватки щупалец.
«Торн! — послал он мысль своей избраннице. — Делай как я!»
Могвид задержал дыхание, когда Фердайл перетек на пол и принял облик волка — словно воск, отлитый в форму. Тело, которое они использовали вдвоем, закричало протестующе, будучи столь жестоко использованным. В их способности к изменению существовали пределы; после такого преображения плоти нужен был отдых.
За спиной Шоркана Торн явно приходилось несладко. Она избежала щупалец тьмы, но с трудом пыталась превратить свое желеобразное тело в снежного волка. Она тоже была явно обессилена.
Шоркан повернулся к ней, опустив посох.
«Нет!» — крикнул Фердайл, прыгая вперед. Он бросился на мага, и тот упал на колени; Фердайл поднялся, чтобы защитить свою избранницу.
Шерсть на плече Фердайла обожгло прикосновение к зловещему демону. Могвид почувствовал ожог. Он вскрикнул в своей тихой тюрьме.
Фердайл припал к земле перед темным магом — задние ноги выпрямлены, зубы обнажены.
«Торн! Беги к остальным!»
Атака дала его избраннице время закончить перевоплощение. Она поднялась — снежный волк на замерзшем серебряном озере. Затем, словно молния из меха, она метнулась прочь.