Благодаря дару Юмми Свон мы видели всё, что происходило наверху. Парни переругивались, вспоминая недобрым словом директора Бритта и его нововведения. А секунду спустя замолкли, услышав немой приказ. Беспокойно завертелись и…
Ох, это зрелище я не забуду долго.
Старшекурсник, что подпирал собой стену, завопил и закрутился на месте. Захлопал по себе ладонями, будто лупил невидимых насекомых.
— Уберите! Убейте! ААаааааааааа!
Но его крики потонули в воплях приятеля. Тот ничего не делал. Просто орал, глядя в одну точку. Парень потерял способность двигаться и выражать страх иными способами. Вопил и вопил, того гляди голосовые связки не выдержат потуг.
Наблюдатели в берлоге едва смели дышать. Юмми трясло, словно в лихорадке. Рашель закрыла рот ладонью, борясь с тошнотой. Брайс тихо застонал и посмотрел на Милли с ужасом. Восьмая участница ордена за считанные секунды завоевала «славу» самого опасного полуцвета в Гвендарлин. Опаснее меня, Агнии и Шема вместе взятых.
Милли подняла руки выше.
— Вон! — приказала грозно. Тоном, которым ни разу в колледже ни с кем не говорила.
Старшекурсники выполнили приказ молниеносно. Вопли заглохли, и парни припустились прочь из зала с фонтаном, словно от скорости зависели их жизни. А, впрочем, так оно и было. Как минимум, в их сознании.
Заговорили не сразу. Переваривали произошедшее, не глядя друг на друга. А я вдруг подумала, что скрытая способность Милли, возможно, и послужила причиной ее «зачисления» в орден. Удобный дар. Как и моё хождение внутри стен.
Первой заговорила Юмми.
— Что они увидели? — спросила она Милли.
Та пожала плечами.
— Самые жуткие страхи. Какие, точно не знаю. У каждого они свои.
— Ох, — выдохнули несколько голосов. Такого ответа никто не ожидал.
— Парни вспомнят, что случилось? — продолжила «допрос» староста.
— Нет. В памяти останутся провалы.
— Отлично! — резюмировал Тео, но Милли мотнула головой.
— Ошибаешься. Я предупреждала, будут последствия. Эти ученики… они не скоро придут в себя. Леди Виэре придется постараться, чтобы… чтобы… вернуть их.
— Куда вернуть? — уточнил Элиас, бледнея.
— В реальность, — Милли всхлипнула. Вторая способность снова «заснула», и девчонка боялась того, что натворила. До судорог. — Я говорила: это страшный дар. Он — зло.
— Возможно, — согласилась я. — Но сегодня он — наше спасение.
Угу, спасение для нас и новая головная боль для драгоценного директора Бритта. Старику придется разгадывать очередную загадку. Но виновника он вряд ли отыщет. Кому придет в голову подозревать полуцвета? Милли на выпускном курсе. Она так долго скрывала второй дар, что и теперь никто на нее не подумает.
…Уходили по двое, как и предлагал Тео. Ему самому пары не досталось. Он странно ухмыльнулся и отправился восвояси раньше всех. За ним последовали Элиас с исцарапанным Брайсом. Я предпочла не рисковать и, едва поднявшись на поверхность, открыла проход в стене. Ни к чему двум полуцветам разгуливать по коридорам.
— Погодите, — остановил нас звенящий голос Рашель, пока Юмми мастерски закрывала вход в берлогу. — Ты… вы… можешь проводить… до сектора? Не хочу с-с-столкнуться с… — она замолчала, потупив взгляд.
— С Дэрианом Уэбруком? — подсказала я жестко. Хотя сам факт, что сестричка Свена попросила меня о помощи, заслуживал уважения. — Идём.
Рашель не зря волновалась. Пойди они с Юмми обычной дорогой, не миновали бы встречи с местной звездой. Мы увидели Дэриана минуты через три. Он громогласно высказывал претензии Элиасу и Брайсу.
— Где вас демоны носили?!
— Патрулировали, как ты и велел, — отчитался Брайс заискивающе.
— А с физиономией что стряслось?
— Нарвался на ногти строптивой девчонки, — ответил за него Элиас. — Нечего задираться к кому не следовало. Сам виноват.
Дэриан не заинтересовался именем ученицы, покалечившей приятеля. Его вообще мало тревожило здоровье Брайса.
— Где Рашель?
Упомянутая девица за стеной задрожала с головы до пят, и я потянула ее прочь. Успеет насмотреться на «ненаглядного» женишка.
Остальной путь до обители темных прошел без происшествий. И в тишине. Когда взволнованная Рашель скрылась за черной дверью родного сектора, я предложила проводить и Юмми во избежание ненужных встреч. А по дороге поспрашивала об Уэлбруке.
— Почему он привязался к ордену?
— Банальная зависть, — отозвалась светлая староста с презрением. — Дэриан мнит себя главной звездой на небосклоне. Не сомневался, что окажется в ордене защитников. К счастью для всех, обошлось. Он даже в кандидатах не числился. С тех пор гадкий мальчишка ведет на нас охоту.