— Возвращайтесь в сектор через стену, — посоветовала Рашель нам с Милли, когда мы поднялись к фонтану. — Лилит, Свен только вчера обсуждал с дружками, как до тебя добраться.
Зеленые глаза Ульриха вспыхнули. Уж не новые ли шрамы намерен организовать обидчику? Вряд ли. Глупо тратить оставшиеся «запасы». Семь кукол потребовали немало энергии. А впереди большая часть семестра.
— А еще мой брат шушукался с Джеммой Паскуале, — добавила Рашель хмуро. — Ей-то ты чем не угодила?
— Организовала рожки, — бросила я ядовито. — Точнее, мой талисман вернул ведьме ее же магию рикошетом. Сама виновата.
— Боюсь, это Джемму не остановит.
Брайс развеселился, представляя рыжую стерву с упомянутым украшением, и отпускал соответствующие шуточки, а я отработанным движением раздвинула древние камни и проворчала:
— Через стену, так через стену.
А сама с тоской огляделась. Коридоры и залы Гвендарлин преобразились в честь наступления марта. Их украшали цветы и живая листва. Гулять по замку — одно удовольствие. Ну и пусть оконные стекла покрыты морозными узорами из-за внезапно нагрянувших холодов, внутри царила настоящая весна, даря хорошее настроение. Даже мое разбитое сердце билось веселее.
Кстати, о разбитом сердце. Точнее, о виновнике «травмы».
— Лилит.
Ульрих воспользовался моментом. Пока Юмми отчитывала Брайса за «отвратительное поведение», а остальные наблюдали за выговором, полуведьмак сунул мне в руку пузырек с прозрачной, как слеза, жидкостью.
— Это средство, о котором мы говорили, — шепнул он. — Если не сможешь подмешать дамочке лично, добавь в общее питье. Вреда не будет, только память чуток улучшится. Но пережди ночь духа. Народ будет…э-э-э… подуставшим, и всё пройдет гладко.
К нам подошла Милли, и я не успела выспросить подробности. Но в душу закралось подозрение, что упомянутое средство еще преподнесет сюрпризы.
— Всё в порядке? — спросила девчонка по дороге. — Ты так посмотрела на Ульриха, будто кожу готова содрать живьем.
— В порядке, — ответила я строго, не планируя продолжать разговор.
И снова почти не ложь. Мы с полуведьмаком не раз встречались в стене. Он наделял ведьмовской защитной магией кукол, я листала учебники. Ульрих вел себя по-деловому. Не предпринял ни единой попытки сблизиться, поговорить о личном. Точь-в-точь, как я велела. Почему же его «исполнительность» так бесила?
Я не знала причину. Или не хотела знать.
****
Утром пришло письмо от мамы. Леди Барбара не распознала на конверте моего имени и умудрилась выронить послание. Хорошо, что его поднял Шем, а не Кайл, устроившийся по соседству. Не факт, что вообще отдал бы, а не припрятал мне назло.
Я всё-таки спросила маму о талисмане. Ненавязчиво. Мол, девочки говорят, кукла необычная. Вроде бы старинная. Увы, ответ ничего не прояснил. Наоборот, нагнал туману.
«Это подарок. Но чей, неизвестно. После твоего рождения, у нас не часто бывали гости. Но однажды вечером, когда Дот возвращалась с работы — она тогда мыла полы в доме старосты — на крыльце стоял старый сундук. С детскими вещами: пеленками, одеялами, игрушками. Недорогими, но добротными. Кукла-талисман лежала там же. Мы так и не выясняли имя дарителя. Он не оставил записки».
Полуцветы завтракали и беззаботно болтали о своем. Я одна сидела над полной тарелкой, уставившись в одну точку. Было над чем подумать. Ульрих уверял, кровь принадлежит умершему родственнику. Но отправитель неизвестен. Как же так?
Шальная догадка, как молния в черном небе, озарила всё вокруг.
Неужели, подарок прислал мой отец?! Маг, побывавший на карнавале в замке Ван-се-Росса в костюме шута? Неужели, он знал о моем рождении, но предпочел остаться в стороне? Однако всё-таки снабдил защитой…
Да кто же он, демоны всех побери?!
— Лилит, всё в порядке? — заботливо осведомился Шем. — Ты белая.
— Хорошо, что не зеленая, — пробурчала я и отодвинула тарелку, так и не притронувшись к завтраку. — Спала плохо. Теперь мутит.
— Может, пропустишь занятия? — предложил Лиан. — Отдохнешь?
— Все занятия, — добавила Агния, намекая на вечерние уроки. Александр прибыл в замок без невесты, но это не смягчило сердце дочери.
На мгновение идея показалась заманчивой. Вернуться в спальню, свернуться калачиком и отоспаться за все последние бессонные ночи. Но я упрямо мотнула головой.