После занятия случилось чудо. Я бы не рискнула сунуться к магине, но она сама «вспомнила» о моем существовании.
— Вейн, задержись. Бартон, почему застыла? Марш в коридор!
Агния покинула класс с округлившимися, как у шокированного кота, глазами, а Дитрих кивнула на первую парту. Дождалась, пока я сяду, и устроилась на соседнем стуле.
— У нас проблема, — начала она без предисловий. — Кто-то сдал директору орден. В анонимном письме. Точнее, пятерых участников. В списке нет Элиаса, Милли и тебя.
Я чуть со стула не свалилась.
— Как сдал?! Их что, исключили?! — ум заходил за разум. — Погодите! Вы думаете, что письмо прислал кто-то из нас троих? Точнее, из двоих?!
Ну, разумеется, средний герцог у них вне подозрений!
— Говори тише, — зашипела Дитрих. — Нет, никого не исключили. Директор сомневается в достоверности донесение. Юмми Свон у него в любимицах. Подозревать ее он отказывается категорически. Да и Брайс Райзен в глазах любого здравомыслящего мага не тянет на защитника. Это нам на руку. Но теперь все пятеро под колпаком. Не уверена, что удастся провести хоть один обряд. А вот кто их сдал, отличный вопрос. Я не верю, что это ты или Милли Дорвис. Вы обе слишком многим рисковали ради ордена. Элиаса нет в замке, а остальные вряд ли бы вписали в донесение собственные имена.
— Как насчет теней? — спросила я, сжав кулаки. — Они знают, кто мы. Если хотя бы один из них завладел новым телом, мог написать анонимку. Но почему сдал пятерых, а не восьмерых?
Дитрих задумалась на пару минут.
— А знаешь, в этом есть смысл, — проговорила она, глянув (я не поверила глазам!) с толикой уважения. — Директор ни за что бы не поверил в подлинность списка, увидев имена двух полуцветов. Участники ордена сами до конца не верят. Что до Элиаса, это слишком явное обвинение. Его уже изгнали с позором.
— Что же теперь делать? — меня трясло от гнева.
Если истинный дух не получит подпитку, а тени высосут из учеников достаточное количество энергии, то вновь явятся по мою душу.
— Пережить новолуние. Для начала. Дальше будем действовать по обстоятельствам. И постарайся держаться подальше от рассекреченной пятерки. Директор хоть и сомневается в их причастности к ордену, но глаз теперь не спустит.
— Без проблем, — пообещала я.
В самом деле, с кем из них мне общаться? Никто не входил в перечень друзей. А Ульрих теперь исключен из уравнения. С наделением кукол защитными чарами покончено, а, значит, больше никаких совместных дел.
****
— Все решат, что это я, — нахмурилась Милли, услышав новости.
— Дитрих так не считает.
— То Дитрих. Она женщина разумная. А что взять с Брайса? Или Тео?
— Наплевать. В ордене не все идиоты, как эта парочка. К тому же, всем пятерым нынче не до нас. А мне нужна твоя помощь в другом деле.
Я вытащила из кармана зелье, переданное накануне Ульрихом, и рассказала Милли предысторию. О том, как леди Барбара застукала меня на месте несостоявшегося преступление и ультиматуме упырей.
— Погоди, так невидимки реальны? — изумилась Милли. — И ты одна их видишь?
— Похоже, что одна. Кроме хозяйки, разумеется.
— Но почему?
— Понятия не имею, — отмахнулась я. Разгадывание этого «ребуса» в ближайшие планы не входило. — Ты поможешь или нет?
Девчонка тяжко вздохнула и протянула руку за зельем.
— Лично леди Барбаре подсыпать не получится. Но утром я варю компот. Его воспитательница точно пьет. Ты уверена, что для остальных последствий не будет?
Я закивала, хотя понятия не имела, чем обернется затея Ульриха. И посоветовала:
— Главное, сама не пей. На всякий случай.
Вечер я провела в кровати с приключенческим романом, отлично отвлекающим от реальных забот и страхов. К ночи объявились упыри. Толпой. Воспользовавшись отсутствием Агнии, устроили бунт. Заголосили все разом, да так, что в ушах зазвенело. Пришлось шикнуть на упертых малявок и подушкой замахнуться.
— Завтра! — пообещала грозно. — А будете торопить, передумаю!
Вряд ли «питомцы» воспитательницы испугались угрозы. Но в спальню поднялась огневичка, и им пришлось примолкнуть. Зато взгляды подарили о-го-го какие!
…Сон принял в объятия легко. Мгновение назад я смотрела на потолок и вот лечу по замку. Но не бестелесной сущностью, как в обрядные дни, а призраком. Я видела собственные полупрозрачные руки, раскинутые крыльями. Стремилась не на опасный голос, а исследовала колледж по собственной инициативе. Хотя сны в новолуние — та еще обманка. Никто не даст гарантии, что в этот самый миг, я не бреду по коридору с подсвечником в руках. Навстречу мэтрам, услышавшим оповещение ловушки.