— Лилит? Это ты?
Я зашипела.
Глупо? Ну и пусть. Зато весело. В своем теле я сдерживалась, зато сейчас могла оторваться по полной. Издала еще один шипящий звук и показала когти.
— Не ершись, — привычно попросил полуведьмак. — Ты слышала о Брайсе?
Я перестала «ругаться», села, но хвост не унимался, лупил по бокам.
— Кукла не шибко ему помогла, — проговорил Ульрих с горечью. — Жаль. Я наделся, особая магия не подкачает. Придется придумывать иные защитные меры. Тени не успокоятся.
Хвост зачастил сильнее.
— До следующего новолуния время есть, — продолжил парень. — Однако у тебя имеются и другие враги. Я приглядываю за Свеном и Джеммой. И Уэлбруком тоже. Но гарантии безопасности нет. Кстати, я сделал талисманы от его магии. Для тебя и Милли.
Он достал мешочек, в котором что-то звякнуло.
— Это булавки. Держи.
Шерсть встала дыбом. Мысль, что Ульрих коснется меня, пусть даже в теле синего кота, вызывала желание буйствовать. Кусаться и царапаться. Но мы с Урсулом с честью выдержали «испытание». Позволили закрепить поклажу на шее. Махнули пушистым, как щетка, хвостом и отправились восвояси. Пусть полуведьмак не думает, что мы рассыплемся в благодарностях. Не дождется.
Глава 14. Старые враги
Странные это были дни. Похожие, как братья-близнецы. Уроки, практика, домашние задания, короткие посиделки в общей гостиной. Леди Барбара пошла на уступку, разрешила нам проводить там час по вечерам, но потом прогоняла в спальни. Я знала причину. После нашего ухода на диванах и пуфиках дрыхли упыри, готовясь к очередной бессонной ночи. Ради каких бы дел они не вернулись в Гвендарлин, те явно не спешили заканчиваться. Мелкая нечисть тяжко вздыхала, а настроение хозяйки портилось. Того гляди, сорвется на ком-то из полуцветов.
Членов ордена я практически не видела. И не слышала историю очнувшегося Брайса. Хотя вряд ли его рассказ сильно отличался от того, что поведала в прошлом месяце Юмми. Леди Виэра вернула парня в мир живых быстрее, чем светлую старосту. Через три дня. Это обнадеживало. Если после апрельской ночи духа не проснется кто-то еще, шансы на скорое пробуждение велики.
Из пятерки, находящейся под колпаком у директора, я встречала в коридорах лишь Ульриха. Раза три в неделю. Но он нарочно попадался на глаза, напоминая о своем существовании. Мне полагалось злиться из-за преследования. Но я не злилась. Наоборот, искала полуведьмака взглядом в толпе полноценных учеников. И если в течение дня не находила, расстраивалась и надеялась, что завтра он обязательно объявится. Глупо? Ну и пусть. Да, у нас нет будущего, но мне нравилось, что Ульрих не сдается.
Может, всё дело в весне, с приходом которой понемногу теплело и на душе? На смену метелям пришло яркое солнце. За окнами барабанила капель. Снег таял слишком быстро. Вода собиралась в ручьи и стекала вниз со скалы. Но наверху ее все равно оставалось немало: замок оказался в плену огромных луж, больше напоминающих озерца. Теперь не только полуцветы, но и полноценные вынужденно сидели взаперти.
Леди Барбара, вернув память, вновь внесла мое имя в график встреч нового дня. Я не возражала. Оказавшись на крыше замка, не могла надышаться свежим воздухом. Море, по-прежнему, саваном покрывали сугробы и лед, но весна работала над освобождением «зверя». Еще чуть-чуть, и на плотной корке пойдут трещины, льдины поплывут прочь, а я, наконец, вволю налюбуюсь потрясающим видом. Скоро волны с шумом начнут биться о скалу, а вместо унылой серости вокруг появится зелень. Всё это казалось добрым знаком. Словно вместе с природой оживали надежды. Но сердце подсказывало: это обман. Впереди ждут дни гораздо мрачнее тех, что я уже пережила в Гвендарлин.
Предчувствие не обмануло.
Это случилось в самый обычный день. Ничем не отличавшийся от остальных. Разве что отвратительным настроением Ады, поругавшейся накануне с Кайлом. За завтраком она умудрилась поспорить еще с несколькими полуцветами. Зато ее «герой» сидел с непроницаемым лицом, словно его все это не касалось. Я покосилась на Милли. Должно быть приятно, что соперница получила от ворот поворот. Но девчонка не обращала внимания на парочку, обсуждала с Шемом план его индивидуальных занятий. Репетиторство помогало. Наш приятель лучше справлялся с заданиями мэтров.
Учебный день пролетел незаметно, без неприятностей и запоминающихся событий. С последнего урока я возвращалась в сектор одна. К Агнии неожиданно приехала бабушка, и подругу вызвали в зал, предназначенный для встречи гостей. Обычно там с родней общались полноценные. Полуцветов подобной чести не удостаивали. Все, на что мы могли рассчитывать — это письма из дома. Но бабушка огневички слыла магиней с характером. Неудивительно, что для них с внучкой сделали исключение.