— Думаешь, директор нарочно? Из-за нас?
Я развела руками. Всё выглядело именно так. И всё же в голове не укладывалось: как можно рисковать сотнями учеников ради вредительства ордену. Бритт же своими глазами видел и истинного духа, и тень.
— Если с ним, и правда, что-то случится из-за ордена, — добавила Милли ядовито, — я ни капли не пожалею.
****
День, предшествующий новолунию, начался с тревожных новостей. Нет, никто из обитателей замка не пострадал в ночь очищения. И полуцветам, и полноценным хватило мозгов не высовывать любопытных носов. Зато кое-кто в секторе педагогов заметил Элиаса. Пожилой мэтр Клайн, ведущий занятия у старшекурсников, заглянул в спальню к Эмилио, но застал там не среднего, а младшего герцога. Изгнанник выкрутился, спешно надел браслет, делающий его невидимым, но педагог всё равно наябедничал директору.
Подробности я услышала от старшего братца на практическом занятии.
— Сначала мэтр Бритт поднял шум, но педагогический сектор обыскали и «нарушителя» не обнаружили. К тому же, мэтр Клайн славится любовью к горячительным напиткам. Так что удача осталась на нашей стороне. Но рисковать больше нельзя. Я переправил брата домой. Он не вернется до официального разрешения прибыть в колледж. Так что следующий обряд под еще большим вопросом, чем нынешний.
— Подумаешь, — проворчала я, делая вид, что тренируюсь с белым шариком. — Нам бы для начала сегодняшнюю ночь пережить. Чует моё сердце, без бед не обойдется.
— Моё тоже, — кивнул средний герцог. — Держи защитную куклу при себе. Но, надеюсь, тени не набрали достаточно энергии, чтобы явится по твою душу.
Я чуть не ляпнула, что одна тень пыталась это провернуть, но вмешалась Маргарита. Однако прикусила язык. Не стоит Эмилио знать, что я общаюсь с дражайшей сестрицей. Слишком больная тема. Выбивающая из колеи. А мэтр нам нужен во всеоружии.
— Прорвемся, — пообещала я герцогу и кожей ощутила чей-то пристальный взгляд.
На нас смотрела Агния. Кажется, мы дали ей еще один повод подозревать нас в родстве.
Ну и пусть. Друзья могут думать, что хотят. У меня заботы посерьезнее.
…Помня собственный совет, я запаслась водой: поставила на окне вряд десять кувшинов. А еще таз возле двери. Огневичка следила за моими действиями с явным сомнением.
— С каких пор ты поддаешься панике?
— Почему нет? — пожала я плечами.
— В последние ночи духа в секторе не происходило ничего опасного. Дурные сны не в счет. Да они и не такие мерзкие, как в прошлом семестре. Обычные кошмары.
— Всё может измениться, — пробурчала я, устраиваясь в постели поудобнее. — В январе не проснулась светлая ученица, в феврале — темный маг. Вдруг теперь очередь полуцвета?
— Язву тебе на язык, — от души пожелала Агния и отвернулась к стене.
Я тяжко вздохнула. Пропасть, образовавшаяся между нами, всё расширялась. Но мы с огневичкой не пытались проложить через нее мост.
— Спокойной ночи, — проговорила я, когда в комнате погас свет. Агния не ответила.
Веки быстро налились тяжестью, но я не засыпала. Ощущала тревогу, смешанную с предвкушением чего-то особенного. Пальцы сжали куклу, как главную в жизни ценность. Пускай ее хоть десять раз искупали в крови. Новолуние — не время для брезгливости. Главное, сохранить шкуру в целости и сохранности. И душу в телесной оболочке. Остальное — мелочи.
— Мелочи, — повторила я вслух.
— Ммыррр, — отозвался Урсул под боком, соглашаясь с выводами.
Он всё еще лежал рядом. И в то же время бежал по коридорам замка. А я спешила за ним. Не в его теле, как бывало прежде. В своем собственном. Высокий ворс ковра щекотал босые ноги, подол ночной сорочки развивался шлейфом. Наверное, со стороны я выглядела призраком. Белое пятно в мрачном замке, где не горит ни единый факел. Но мне не требовалось освещение. Я отлично видела в темноте. Ведь во мне тоже есть нечто кошачье. Звериная сущность, заложенная с рождения.
Я не знала, куда мы направляемся. Но доверяла Урсулу. Главное, поторопиться. У нас слишком мало времени в запасе. Если промедлим, все усилия напрасны.
— Проклятье!
Я рухнула на пол, ощущая резкую боль в ноге. Обернулась и снова выругалась. Голень оплела цепь с острыми шипами, глубоко впиваясь в плоть. На ковер капала кровь — алая, насыщенная. Кто-то жаждал меня остановить, не позволить добраться до цели.
— Не посмеете!
Рывок вперед помог. Цепь расстегнулась и упала. Но впереди ждало новое препятствие. Невидимое, но непреодолимое. Я билась в него, рискуя искалечиться. Но последствия мало волновали разум. Душой завладело одно желание: прорваться во что бы то ни стало!