— Тиана! — раздался в наушниках голос напарника. — Слава всем богам! Жива и ходишь! Если ты скажешь, что и память сохранилась, я буду самым счастливым человеком на свете!
— Прости, — ответила девушка. — Память не сохранилась. Только какие-то обрывки всплывают.
— Нет в жизни идеала, — разочарованно ответил Герман, — Но это ничего. Главное — жива и мозг не повреждён, а память… хрен с ней, даже если не восстановится. В таком случае тебя ждёт множество крайне удивительных открытий.
— Я и так не могу от удивления отойти. Как только очнулась, сразу отправилась сюда, почти не общалась с Кусто, но даже то, что он сказал — невероятно.
— Надеюсь, он пока не стал тебя пугать, что мы… хотя ладно, потом, — непонятно ответил Герман. В наушниках раздалась серия взрывов, какие-то вопли, звуки выстрелов и ударов.
— Прости, отвлёкся, — снова заговорил Герман. — Я тут присоединился к группе выживших — команде и пассажирам. Мы уже несколько часов пытаемся прорваться в управляющий центр, но нас зажали, и теперь не совсем понятно, чья возьмёт. Из оружия остался, практически, только мой меч — к остальному зарядов нет. Тут, понимаешь ли, летели мирные шахтёры, и у них с собой большого арсенала нет. Фактически, то, что я притащил на себе, составляет процентов семьдесят всего, что у нас есть.
— Я сейчас нападу на них со спины! — решила девушка.
— Не вздумай! — тут же ответил Герман. — Их слишком много. У нас позиция хорошая, а тебя просто задавят. Нам бы ещё хоть десяток образцов чего-нибудь стреляющего — и мы бы их задавили, а так приходится изобретать всякое, и пока получается так себе.
— Почему они сражаются с собственными сервами? — всё-таки спросила девушка.
— О, это вообще смешная история, — ответил Герман после очередной паузы. — Эти бедолаги летели себе в какую-то богатую ресурсами систему, чтобы её, значит, разрабатывать. Передислоцировались с истощённого месторождения, насколько я понял. Команда большая и богатая, так что у них собственный корабль, переделанный из грузовика. Ну, значит, чтобы и оборудование таскать, и людей.
— Герман, это я уже поняла. Такие переделки для технофанатиков — обычное дело.
— Ага. Тогда, значит, ты знаешь, что мозги у корабля никто не переделывает. Прошивка стоит как у грузовика, только оболочку другую ставят. Так что, когда они оказались в непосредственной близости от этого их запретного города, мозги корабля решили, что нужно избавиться от биологической части груза, чтобы избежать полного разрушения и потери ценностей. Вот они и избавляются. От шахтёров осталась треть — триста человек, но большая часть сидит, забаррикадировавшись во всяких укрытиях, со мной тут всего несколько десятков. Капитана бы трогать не стали, но капитан сам помер из-за шторма. А у остальных взаимодействовать с мозгами корабля полномочий нет. Когда мы их начали оттаскивать от зоны обнаружения кто-то из команды решил, что это хороший шанс выжить и активировал стыковочные захваты. Скотина. Янис утверждает, что тот умник уже погиб, но я думаю, врёт, скотина. Понимает, что я тому гению рожу-то начищу, если узнаю.
«Вот дура! — обругала себя Тиана. — Могла бы и сама догадаться, почему тут всё так взбесилось! А я-то уже искусственный интеллект придумала!»
— Герман, что ты собираешься делать дальше?
— Что-что? Попробую вместе с выжившими всё-таки прорваться в управляющий центр и просто его отключить, — объяснил… напарник, наверное? — Они тут пытаются на коленках сконструировать какую-то особо злую взрывчатку, которая позволит снести нахрен бронированную переборку, закрывающую вход в рубку управления.
— Я помогу, — решила разведчица. — У меня автоматический споромёт и еще много зарядов, я думаю, смогу к вам пробиться.
Напарник явно доверился этим шахтёрам, но она-то знает — технофанатикам верить нельзя. Наверняка, как только они добьются цели, Германа постараются убить или пленить.
— Не надо! — попытался остановить её собеседник, но Тиана слушать не стала. Он просто не знает возможностей её оружия. К тому же она ведь не собирается нападать на них в лоб.
Хорошо, когда корабль переделан в кустарной верфи. Всегда остаётся множество технических переходов и лазов, которых не бывает у изначально сконструированного и построенного на официальных верфях кораблях — так думала девушка, когда подбиралась к крупной группе роботов, обосновавшихся недалеко от места, где прятался Герман. Маскировка скафандра работает, и несовершенные сенсоры сервов не могут её увидеть даже в прямой видимости, не говоря уже о том, чтобы засечь за какими-то препятствиями. Роботы что-то такое делали — кажется, пытались проделать дополнительный проход как раз туда, девушка вышла за спинами противников, и несколько раз выстрелила снопами взрывающихся спор. Сама загордилась своей эффективностью — сварщика, кажется, единственного оставшегося у противника разнесло на куски, часть сервов тоже рассыпались, остальные были повреждены так сильно, что не представляли опасности.