Соловей еще раз пустил слезы и, обняв Радима как родного сына, сказал:
— О Радим, хоть и принес ты мне дурную весть, все же я обязан тебе и хочу, чтобы ты остался и отужинал со мной.
— Меня дожидается приятель, — попытался отговориться Радим, но на самом деле он не хотел возвращаться к своему сообщнику и надеялся, что в разговоре сможет выпросить у старика немного золота.
— Ты непременно должен остаться сегодня у меня, — сказал старик, и Радим согласился, не ведая, что погубил себя этим.
И вот старик усадил Радима на подушки, как почетного гостя, а сам сел напротив. По хлопку Соловья в комнату вошли слуги с подносами и стали раскладывать перед ними на столик блюда с яствами и кувшины с напитками. Радим, поскольку проголодался, набросился на еду; старик же ни к чему не прикоснулся. Когда они начали разговаривать, Радим неохотно отвечал на вопросы старика, но потом, когда вино ударило ему в голову и развязало язык, Радим разговорился. Он рассказывал ему об отце, которого сам убил; о матери, которая его бросила; о том, как стал воровать, чтобы найти пропитания. И так понемногу он выложил хитрому старику, который незаметно подлил ему в вино зелья правды, все самые темные тайны своей жизни; он рассказал ему обо всех своих преступлений; он описал ему каждого убитого им, Радимом, человека, не забыв упомянуть, что князь за его голову обещал мешок золота. Он поведал Соловью все до мельчайших подробностей. Радим обезумел от вина и зелья, он не понимал, в какую опасность себя ввергает. Старик же внимательно выслушал Радима и, почесав седую бороду, подумал: «Этого идиота сами боги ко мне послали».
Потом Соловей хлопнул в ладоши и велел слугам принести лучшего вина. Через мгновения перед Радимом стояла искусно сделанная хрустальная амфора. Старик наполнил его кубок вином и, подав ему, сказал:
— Выпей, друг, выпей за моего умершего приятеля.
И Радим осушил кубок одним залпом, уже предвкушая, как старик будет высыпать перед ним золото, и как монеты покатятся по столу и будут падать у его ног. Но этого не произошло. Старик встал и протянул руку Радиму, но не собирался его ни за что награждать. Радим, разочаровавшись в своих ожиданиях, подал в ответ ему свою руку и попытался встать, но тело его вдруг стало непомерно тяжелым, будто его напичкали свинцом. Потом стали тяжелеть веки и голова. Уже через мгновение он крепко спал, растянувшись на подушках. А старик звал слуг.
— Бросьте его в подвал и заприте на замок, — приказал он, когда вошли несколько крепких кидийцев из его охраны.
Вот так Радим из гостя сделался пленником.
Когда он проснулся, очень быстро пришел в себя и сразу же понял, какую ошибку он совершил, когда не послушался своего сообщника и сдержал клятву, данную раненному человеку. И он стал корить себя за малодушие и биться головой. Он звал хозяина, чтобы попытаться с ним договориться, но тот не приходил на его зов.
Так он провел трое суток, без питья и воду, в сыром погребе, куда не проникал ни один лучик света. Лишь на третье утро ему принесли похлебку, по вкусу напоминающую помои, которыми кормят свиней.
Вечером, на третий день, к Радиму явились три человека. Душегуб надеялся, что они с ним заговорят, и тогда он сможет выкупить свою жизнь. Но люди, пришедшие к нему даже не стали его слушать и сразу принялись его избивать. И избивали его до тех пор, пока Радим не выплюнул на каменный пол половину своих зубов. Потом в погреб спустился старец Соловей и сказал:
— О Радим, ужаснейший из смертных, я старец Соловей поймал тебя, ибо я служу богам и закону, а ты вскоре лишишься своей нечестивой головы.
Потом Соловей поднялся наверх и стал разговаривать со своими гостями, которые явились к нему прошлой ночью. Он говорил им:
— Я поймал душегуба Радима и передаю его вам и не нужно мне никакой награды за него, ибо я сделал это во имя справедливости.
И те самые гости, с которыми разговаривал Соловей, были «Стервятники», прибывшими за головой Радима из Ладанейского княжества.
Потом, немного позже старик устроил пир для своих гостей. И стервятники пили, ели у старика и трогали его рабынь, пока Радим, связанный и голодный, как бродячий пес, наблюдал за ними, вынося их оскорбления.
Когда кому-нибудь стервятников становилось скучно, он подходил и бил Радима в челюсть, говоря при этом:
— Вот тебе, Радим-душегуб, нарушитель закона и враг всех варнов.
И всякий раз, когда кто-нибудь так делал остальные и в том числе и старик Соловей, громко смеялись и осыпали Радима всякими проклятиями. Радим все сносил и никого в случившемся с ним несчастье не винил, кроме себя одного.