А тем временем неподалеку в сопровождении двух братьев прогуливалась дочь одного богача. Она имела обыкновение купаться каждое полнолуние, а ее отец, так как сильно любил ее, не препятствовал этому, но всегда посылал с ней своих сыновей, здоровенных детин, которые славились тем, что могли своими кулаками дробить камни. И вот, эта самая дочь богача купалась в море и, когда увидела, что ее братья слишком заняты каким-то спором, сбежала от них, чтобы в одиночестве полюбоваться луной. И прекрасный вид луны и звезд ей так понравился в этот раз, что она решила выразить свое восхищение песней и запела, но она не знала, что неподалеку спал Ай, и ее пение разбудило его.
И проснувшись, он осторожно выглянул из-за лодки и увидел девушку необычайной красоты, как ему показалась, а свет луны придавал ее длинным волосам серебряный оттенок и некую волшебность. Ай сразу, как увидел ее, решил, что эта прекрасная дева с необычайно приятным голоском никак не может принадлежать к роду людскому, она может быть только одной из богинь или морской девой.
«Та добрая старуха говорила, что все морские девы поют, и эта дева как раз поет, значит, у меня не должно быть сомнений», — подумал Ай и, набравшись храбрости, выскочил из-за лодки и побежал к ней, но оступился и упал. Дочь богача решила, что этот человек хочет ее украсть, и хотела было закричать, но не сделала этого, так как сильно испугалась и не могла открыть рта.
Ай поднялся на ноги и, подбежав к ней, встал на колени, радостно воскликнув:
— О морская дева, прости, что испугал тебя, но ты мне так нужна.
— Кто ты? — шепотом, проговорила девушка, начиная понимать, что этот чудак ей не опасен.
— Я Ай.
«Какое странное имя, — подумала девушка. — Он видно и сам не больно-то умен».
— Я позову своих братьев, — сказала она.
— Нет, не зови своих морских братьев, — воскликнул Ай и принялся целовать ей ноги.
«Он и вправду дурачок», — подумала девушка и сказала:
— Да, я морская дева, но зачем ты, смертный, нарушил мое уединение?
— Я хотел, чтобы ты исполнила мое желание, — ответил Ай, — ведь ты обладаешь волшебной силой.
— Я? — сказала девушка и вдруг придумала, как развлечь себя.
— Ты, о морская дева.
— Но я обладаю волшебной силой только тогда, когда у меня хорошее настроение, а сейчас я в печали. Ты что не слышал мою грустную песню?
— Но как же мне помочь тебе, о морская дева? — спросил Ай.
— Накажи того, кто меня обидел, — сказала девушка и указала пальцем на море.
— Что? Тебя обидело море?
— Да, — кивнула девушка. — Они выгнало меня и не хочет принимать обратно. Накажи его.
Ай в то же мгновение побежал к лодке, вырвал из нее доску, потом он зашел по пояс в холодную морскую воду и принялся беспощадно дубасить невежественное море, смеющее обижать столь прекрасных морских дев. Несколько раз он падал, но снова поднимался и, расплескивая соленую воду во все стороны, продолжал наказывать море. А девушка, с берега наблюдая за ним, придавалась безудержному смеху.
Когда Ай решил, что море получило сполна, вернулся к девушке и снова примал к ее ногам. Девушка, решив, что повеселилась сполна, хотела уйти, но вдруг увидела, как к ним идут ее братья, и придумала, как еще позабавить себя.
— Вон там. Посмотри, — испуганно закричала он, указывая на своих братьев. — Это морские великаны они пришли обидеть меня — покарай же их скорей, пока они не сожрали меня.
И Ай, ни секунды не раздумывая, поднял над головой доску и понесся на злобных морских великанов. Те, видя, что к ним бежит какой-то чудак, прежде немного смутились, ибо знали, что редкий дурак посмеет на них напасть, но вскоре поняли, что этот человек из тех дураков, чье поведение не подвергается объяснению, и принялись его колотить. Потом, решив, что с него хватит, они бросили бесчувственного Ая в воду и, забрав сестру, ушли. Ай же остался глотать морскую воду и едва не захлебнулся, но на его счастье по берегу проходил рыбак, он вытащил Ая из воды и отнес в дом Сидона.
Через несколько недель, когда Ай смог подняться на ноги, он вернулся в лавку и больше не думал о лекарстве от своего недуга, пока не встретил одного городского пьяницу, прескверного и лживого человека. Тот пьяница был нищим, так как был не охоч до работы, но ради денег мог пойти на любую низость, и когда до него дошел слух об одном торговце тканями, который из-за травмы не может вспомнить своего прошлого и очень стремиться найти исцеление от этого, он задумал обмануть его. И вот однажды утром он пришел в лавку Сидона и, увидев, что кроме Ая там не было никого, обратился к нему:
— О несчастный муж, слыхал я о твоей беде и пришел тебе помочь.