***
Не подозревая о бессмертной, но анонимной славе, ждущей её в будущем, Фапивата благополучно добралась до «Огненного вихря» и, переодевшись, отправилась на совещание.
Вскоре рутина привычных дел затянула девушку в свой круговорот, и она перестала мучить себя воспоминаниями об ещё одной неудачной попытке развода. К тому же впереди у неё был двухмесячный отпуск, и она ломала голову, где его провести.
Фанечка и Чирик, с которыми она совпадала по графику, настойчиво звали её к себе. Вот только у неё не было ни малейшего желания к ним ехать; единственно, ей не хотелось обижать сорноев, которые стали её друзьями.
В прошлом году она уже поддалась на их уговоры, и вернулась из поездки с твёрдым убеждением, что сорнои и отдых – абсолютно несовместимые понятия.
Не сказать, что ей не понравилось у друзей, но к концу пребывания в их доме Фапивате начало уже казаться, что она перезнакомилась со всем населением планеты, на которой они жили. Каждый день к ним проходило столько гостей, что стоило девушке улечься в кровать и закрыть глаза, как сразу же возникало видение, знакомое заядлым грибникам и ягодникам. Только на сетчатке её глаз отпечатывались не дары природы, а множество незнакомых лиц, большинство из которых принадлежало сорноям. Всё бы ничего, но они не умолкали ни на мгновение – видимо, сказывалась птичья наследственность – и от высоких щебечущих голосов вскоре у неё начинало звенеть в ушах. Оттого она никак не могла сосредоточиться на общем разговоре и временами возникала неловкая ситуация, когда её начинали о чём-то спрашивать, а она не знала, о чём идёт речь.
Вспомнив, что Чирик как-то заметил, что они познакомили её только со своими ближайшими родственниками, причём далеко не всеми, девушка внутренне содрогнулась и решила, что в ближайшие несколько лет ничто не заманит её в гости к сорноям.
Со всей твёрдостью в голосе Фапивата заявила Фанечке, что у неё есть совесть, и она не намерена злоупотреблять их гостеприимством.
Как и ожидалось, сорнойка страшно обиделась. Но после недельного измывательства над подругой, она всё же её простила, и они помирились.
Леди Мариен тоже звала её с собой. Как видный авторитет в области исследования видов, обладающих разумом, она получила приглашение от научных кругов Рамбо, и собиралась ехать домой, чтобы выступить с докладом на конференции биологов.
Это было заманчивое предложение, и некоторое время Фапивата раздумывала, принять его или нет. Она понимала, что вряд ли будет чувствовать себя свободно в семье звёздной кошки, принадлежащей к аристократии Рамбо, но с некоторых пор она вошла во вкус светской жизни.
По истечении трёх с лишним лет девушка уже уверенно вращалась среди сливок общества, которые обретались на «Огненном вихре», и больше не обращала внимания на завуалированные шпильки, подпускаемые недоброжелателями. Впрочем, теперь её редко кто рисковал задевать, если только новички, да и то по незнанию. Благодаря своей учительнице, леди Мариен, она быстро освоила арсенал светских женщин и теперь могла осадить нахального собеседника одним лишь взглядом. И лучше было её не злить. Знакомая с тактикой военных действий далеко не понаслышке, девушка была беспощадна к тем, кто пытался её унизить. При желании она могла стереть в порошок незадачливого обидчика, однако старалась не обострять отношения, чтобы не наживать себе врагов без особой на то нужды.
После некоторых раздумий Фапивата всё же отказалась и от приглашения леди Мариен. Она соскучилась по дому и решила навестить родителей, с которыми не виделась со своего достопамятного замужества. Прошло уже довольно много времени, и она понадеялась, что Ватро Нобус успокоился и больше не жаждет её крови.
***
Как оказалось, она ошибалась. Ватро Нобус не забыл о её существовании.
Стоило Фапивате покинуть космопорт, и к ней устремился вестовой из планетарного штаба – молодой рокайдианец, облачённый в претенциозную чёрно-золотую форму. Он вручил ей записку, в которой Ватро Нобус требовал, чтобы она незамедлительно явилась к нему.
Девушка встревожилась, тем не менее она сначала заглянула домой, в Марполь, и лишь после этого отправилась к одному из самых влиятельных людей на Рокайдо. Она отдавала себе отчёт, что визит к командующему вполне может закончиться её арестом, но не стала ничего предпринимать. Риск был одной из составляющей её профессии.
Бесконечный светлый вестибюль наконец привёл её куда нужно. Она вошла в указанный кабинет и обнаружила, что командующий находится на месте, хотя не отозвался на её стук. Он сидел в глубоком покойном кресле, которое стояло во главе Т-образного массивного стола, но было повёрнуто к окну, и высокая спинка скрывала его от посетителей.