— Ты… ты зря шутишь на такие темы! Клянусь, однажды я воздам ей смертью за смерть!
— Извини, я всего лишь напомнил тебе о реальности. Фактам все равно, какого ты о них мнения, Искандар. — сменил иронию на сочувствие контракторий. — Лично я уважаю дух, а не букву древних договоров. И у Контракции в моем лице к тебе нет никаких вопросов. Я лишь хочу помочь!
— И каким же образом? Покупая мои Руны дешевле и продавая их на рынке дороже? Хороша подмога, ничего не скажешь! — саркастически заметил Искандар.
— Зря ты обвиняешь меня, друг. Я, разумеется, везде ищу выгоду, но лучшая сделка лишь та, где довольны обе стороны! Ты прячешься от Палача и ее прислужников — я понимаю это. Но нельзя прятаться, продавая при этом золотые Свойства! В Вечности никто не продает их публично, и ты сам мог бы вспомнить это, коли задумался бы всерьез… Анонимность твоих сделок не имеет значения — сразу после их заключения любой аналитик с каплей Разума сказал бы: из Единства пришел Восходящий в поисках Монет. Это же очевидно! А у нас не так-то много сейчас высокоранговых переселенцев: все, кто хотел, давно покинули внешний мир…
Понимание совершенных ошибок потихоньку забрезжило в разуме Искандара. Опытный контракторий был прав, кругом прав — а он, гордившийся своим интеллектом, нет.
— И что тебе известно, мой дорогой друг? — почтительно спросил он Исидора.
— О, теперь мы снова друзья, чудесно! Мне ведомо столь многое, что десятка циклов не хватит на рассказ… — глубокомысленно заявил контракторий. — Если кратко — ты на крючке. Благодари Единых, что Кел Эммис слишком горды и заносчивы! Мало кто из них удостаивает Контракцию личным вниманием, а пока какой-то рыночный аналитик посообразительней догадался продать им информацию и сумел попасть на прием — прошло время, бесценное время! — картинно всплеснул руками Исидор. — Но несколько малых циклов назад ищейки Эммис обложили плотной сетью один благородный Дом, что тебе прекрасно известен… Визу Аран, не успев отойти от прошлых дел, вновь попали под горячую руку, как же не везет им, однако! Теперь никто из них и шагу ступить не может без тени соглядатая за своей спиной, а бессонные наблюдатели ежесекундно ждут повторных продаж золотых Свойств… Вопреки расхожему мнению, Псы не слишком-то проницательны, но очень мстительны и очень богаты — они могут позволить себе многое…
— Я недооценил тяжесть ситуации, Исидор. Черные вести! Черные, но чрезвычайно важные. Прости мне мою горячность и позволь припасть к источнику твоей мудрости. Что мне делать?
— Вот так бы сразу, мой друг, так бы сразу… — зачастил Исидор. — Я пришел спасти твою вечность от бесконечных пыток в лапах Инквизиции, а ты обвинил меня в мелочной жажде Монет! Кто-то другой после такого навсегда разорвал бы контракт… Но у меня доброе сердце, я отходчив и до сих пор уважаю твоего деда, что был великим мастером, да, великим! А потому мой совет будет прост: никаких сделок с Золотом и Свойствами любых рангов на открытом рынке. Любые Руны, однозначно связанные с Единством, тоже под запретом. Ближайшую сотню циклов вообще советую забыть о Бирже, если тебе дорога жизнь… Контракция согласно договору продолжит обеспечивать анонимность твоей торговли, но у Кел Эммис есть свои методы и приемы — рано или поздно они смогут тебя найти, если не заляжешь на дно!
— Понимаю. Но я могу торговать с тобой, верно, мой великодушный друг?
— Разумеется! Я готов купить у тебя любое золото или серебро по справедливой цене. Свойства или готовые Руны — не имеет значения. — спокойно произнес контракторий.
Вот они и подошли к главному моменту. Искандар четко понимал: несмотря на все громкие слова, Исидор совмещал приятное с полезным. Щелкнул по носу высокомерных Эммис и получил обратно лояльного продавца Рун — хороший актив! Выбора у рунного мастера больше нет…
— У меня есть золотое Усиление. Сколько дашь за него?
— Хорошее, полезное Свойство. 300 Звездных Монет и 10 сверху, как знак моего уважения.
— Что⁈ Да его же у тебя с руками оторвут за 360 Монет, а то и больше!
— Да. Но три сотни Монет — это в три раза больше, чем ты заплатил Наблюдателю, мой алчный друг, — насмешливо прищурился Исидор. — Ты заработаешь много, так дай заработать и мне.