Скорее всего, я чего-то не понимаю, но судя по результатам, основанная исключительно на испытаниях система работает плохо, по крайней мере без мудрости Незримого… Все Единые были родом из времен самого первого оборота Галактики! Минула целая пропасть веков, а никто так и не смог подняться до их уровня.
О чем-то это да говорит, так что, пусть я и могу быть неправ, Единые тоже не слишком-то обогнали меня в этом вопросе… Практика — вот единственный критерий истины, а они так и не сумели пополнить свои ряды, несмотря на множество испытаний, устроенных для особо рьяных Кел и людей из младших Народов.
— И все же, испытания и невзгоды закаляют наши Тело и Дух. Да, слабые падут, но сильные возвысятся и пойдут дальше. Я видел это собственными глазами множество раз!
— У каждого может быть свое мнение, Таландар. Испытание — это в первую очередь бой с превосходящим тебя хотя бы в чем-то противником. Прекрасный способ вырасти в Рунах и Крови, но слегка ненадежный! Честно говоря, предпочел бы расти без смертельного риска. Я уже проходил через это, больше не хочу. В отличии от Истинных, у меня нет в запасе бесконечного количества жизней! Быть может, для них это и хороший путь — всегда идти по тонкой грани между победой и поражением, но для обычных Кел это может плохо кончиться.
— Однако, вспомни: неужели ты не развивался быстрее всего, когда был в опасности⁈
Разум Искандара ненадолго нырнул в воспоминания о старшем брате и бое в их родовой Летающей Крепости. Тогда он убил инквизитора, добыл одно золото, три хороших серебра и несколько тысяч Капель Звездной Крови. Да, это вне всяких сомнений самый быстрый рывок в его развитии. Вот только закончилось все тогда просто отвратительно. Без поддержки Альманзора Палач убила бы его страшной смертью и его труп остался бы лежать на камнях рядом с трупом Эвариста… Эх, насколько же все было бы проще, не казни Защитник его деда в тот ужасный день! Альманзор бы что-то обязательно придумал, а он сам жил бы сейчас в Дрейф-Цитадели, учился бы у Истинных и ковал сильное золото, вместо того, чтобы рыскать по Единству, подобно шакалу выискивая останки среди полей чужих битв и по крупицам набирая силу…
Покинув туман памяти, Искандар обернулся к Таландару и ответил, глядя прямо в серо-стальные глаза старого воина:
— Да, ты прав. Все так. Пожалуй, главное — это соблюдать баланс и не раскрывать рот на кусок, который не сможешь проглотить. Нельзя полагаться на удачу! Спокойный, но неуклонный рост и разумный риск — вот и все, о чем я прошу Незримого. Кто хочет идти по краю — их выбор, но я желаю добраться до неба вместе с вами, не похоронив никого по пути… А вообще — к черту! Надоело уже топтаться на месте да вспоминать плохие моменты прошлого. Поводов для страха нет! Найди мы здесь каким-то чудом пусть даже старое золото — вчетвером точно сумеем его одолеть!
Наши крылья на перезарядке, но это не повод сидеть здесь просто так. Быстрые наземные Существа, думаю, есть у всех — так что давайте двигаться вперед! Иногда нужные следы легче заметить с земли, чем с неба.
Эланор и Таландар вызвали бронзовых цезаря и карха, а Эглерон призвал свой Аспект. Искандар сел верхом на тигрекса и Кел ступили на неисследованные земли соседнего октагона.
Пыльная полупустынная местность встретила гостей неприветливо. Чем дальше они удалялись от Стены, тем очевиднее становилась разница между относительно целым и полуразрушенным октагонами. Сложнейшие механизмы регулировки погодных условий, некогда разработанные и созданные Искуснейшим и его учениками даже в отсутствии прямого солнечного света долгое время могли поддерживать некоторую жизнь биосферы. В октагонах же с разрушенными Башнями все живые существа были предоставлены сами себе. Без света, тепла и с нарушенным круговоротом воды и воздушных масс они должны были либо приспособиться и выжить вопреки всему — либо умереть. Вспоминая предыдущую охоту, когда он почти не смог найти достойных целей, Искандар отчетливо понял — то еще были богатые земли! В густой темноте Кел мчались по сухой траве, и вокруг стояла мертвая тишина. Навык Ночного Зрения был у всех — и потому они даже не доставали Предметов, что могли бы осветить все вокруг. Ясному взору охотников хватало слабого далекого отсвета синего сияния Небесного Трона.
Развитое Охотничье Чутье Эглерона позволило молодому следопыту первым увидеть интересные следы. Отклонившись в сторону от основного маршрута, он спрыгнул на землю и позвал остальных Кел.