— Оу, ты прекрасно понимаешь меня! Многие благородные Дома опасаются привлечь внимание ока Инквизиции. Самые трусливые даже временно перестали торговать с нами, хотя все знают, что мы делаем одни из лучших Рун-Существ в Вечности! Сегодня ни я, ни Дом Визу Аран не выступим в открытую против инквизиторов, но мы можем помочь тебе связями, информацией и мудрым советом…
— Благодарю тебя, Аурелия! Поддержка такого сильного благородного Дома стоит немало. А предстоящий мне путь к небу долог и труден… Кстати, все хотел спросить, что тебе известно о судьбе нашего фамильного особняка? Его разрушили мстительные Эммис, а может, попытались конфисковать?
Радостная, буквально источающая свет улыбка кел-леди слегка поблекла. Искандар заметил — обсуждение подобной темы ее явно не вдохновляло!
— Оу, там… все сложно. Ты должен понять, я считала всех вас погибшими! И действовала так, как следовало наследнице… Особняк и впрямь хотели забрать, но, хвала Вечности, отец поставил туда прекрасную защиту! Ее можно было взломать грубой силой — но потом пришлось бы отстраивать весь дворец с нуля! Я… заявила на здание свои права и провела очень сложные переговоры. Кровь рода Нумерион в моих жилах помогла разблокировать рунную защиту малыми силами, хотя даже так потребовались услуги целой команды кел, профессионально занимающихся вопросами безопасности. Продажа была срочной, пришлось уступать в цене и платить множеству падальщиков, норовивших отхватить свой кусок…
— Аурелия, прошу тебя, просто ответь: готова ли ты поделится со мной вырученными от продажи родового поместья Звездными Монетами? Я понимаю, у тебя было много сопутствующих расходов, но это не какая-то деревянная пустышка… Это — огромный особняк в Квартале Золотых Аркад, где каждый кел-лорд мечтает иметь собственную резиденцию! Пятнадцать, двадцать тысяч Монет были бы не пределом для щедрого покупателя!
— Мне больно слышать недоверие в твоем голосе, племянник! Но раз уж мы с тобой стали похожи на торгующихся контракториев, я могу дать тебе полный отчет! — гордо вскинув голову, ответила кел-леди. — Я продала особняк за десять тысяч Монет! Дешево, да, но мне нужно было закрыть сделку быстро, дабы заплатить всем заинтересованным лицам их долю! Эвгина Визу Аран при посредничестве контракториев вела переговоры с кел-лордами Эммис. Они взяли небольшую, относительно силы их воинов, виру — тысячу Монет за каждого погибшего в том походе. Пять тысяч Монет минус. Мне больно было платить им, но они принесли нужные Клятвы — ни мне, никому из Визу Аран больше не грозит гнев Кел Эммис! К тому же, без негласного разрешения Хранителей, удовлетворенных подобным исходом, я бы не нашла покупателя во всей Вечности…
За перенастройку рунной защиты дворца пришлось отдать семьсот Монет. Оформление нужных Печатей и взносов Разумному Архиву стоило еще пятьсот. На посредничество жадных контракториев ушло столько же, но без них мы бы никогда не договорились с гордыми Эммис! Еще несколько сотен Монет ушло в накладные расходы — мелкий ремонт, оплата элитных лож для переговоров во Дворце Кубков, небольшие подарки заинтересованным лицам, обычная история… В итоге у меня осталось меньше трех тысяч Звездных Монет, представляешь!
С каменно-невозмутимым лицом Искандар слушал весь этот поток слов, сдерживаясь, чтобы не сорваться на яростный крик. Аурелию крепко прижали к стенке — несомненно, золотая Восходящая очень сильно боялась гнева инквизиторов и пошла на все возможные уступки. Он не сомневался — их прекрасный особняк приобрел далеко не случайный покупатель, так вовремя подвернувшийся под руку. А эта вира! Его враги просто переложили половину заплаченного из одного своего кармана в другой… Услышав про мелкие расходы в несколько сотен Монет, он сжал кулаки — как же легко быть щедрым за чужой счет! Его Дом объявили предателями, его отца и брата убили, а теперь его еще и ограбили! Пришлось напомнить себе — Аурелия не виновна, счет он выставит Палачу и ее подручным, ему нельзя срываться на своего единственного живого родственника…
— Они заплатят. За смерть деда и брата, за грабеж, за твой страх, за свою ложь. Они заплатят за все, Аурелия. Две, три тысячи Монет — уже не столь важно. Эварист говорил — еще до Войны Раскола Альманзору предлагали двадцать пять тысяч Монет — и он отказал! Я понимаю тебя, противиться воле Хранителей в Вечности почти невозможно… И все же, хоть я не хочу показаться грубым и жадным нео, но даже десятикратно уменьшенное, это было наше с тобой наследство. Сколь малой ни была бы моя доля, я хотел бы ее получить.