– Ясно! – оборвал его Иван. – Мне надо в Квазиярус.
И тут смуглянка резко обернулась – в руках у нее был зажат парализатор – совсем крохотный, чуть больше ее руки. Иван понял – он не успеет вскинуть лучемета, она опередит его. А заряд, парализатора сковывает человека не меньше, чем на сорок минут.
– Бросай пушку, сука! – заорала смуглянка. – Живо!
Иван выронил из руки лучемет. Он стоял как вкопанный.
– На землю, гад! Ложись, падла, кому говорю!
– Что там происходит? – пролепетала из-за спины смуглянка блондиночка.
И та отвлеклась. Всего на долю секунды. Но этого хватило – Иван ногой вышиб парализатор из ее рук, сшиб, повалил наземь. Но не стал с ней возиться. Приказал вертухаю:
– Связать!
А сам подобрал лучемет, сунул парализатор за пояс. Ласково улыбнулся блондиночке. Спросил ее тихо:
– У вас, наверное, слабые нервы, так? Какая вы нежная!
Та улыбнулась ему в ответ, улыбнулась по-женски хитровато и одновременно кокетливо. И очень тоненько сказала:
– Иногда в слабых нервах заключается большая сила, вы понимаете меня?
Иван кивнул притворщице.
– Пойдемте с нами, – предложил он.
– Ну уж нет, – заявила блондиночка, нахмурившись, – я не любительница приключений, мне тут неплохо.
– Как знаете!
Иван отвернулся. Вертухай знал свое дело – руки смуглянки были перетянуты каким-то узеньким ремешком туго-натуго.
– Она полезет с нами! – сказал Иван твердо.
– Ни хрена я не полезу никуда! – огрызнулась смуглянка.
– С кем это – с нами? – переспросил вертухай-евнух.
– Со мной и с тобой!
– Нет, мне нельзя! – обрубил вертухай. – Никак нельзя! Я у шара приставлен. Тебе же хуже будет!
– Ладно, – согласился Иван, – вход в Квазиярус покажешь. И объяснишь, как выбираться потом, понял? Гляди, обманешь, я до тебя доберусь!
– А мне-то что, – равнодушно проговорил вертухай, – покажу. Мое дело маленькое!
Иван взял смуглянку за плечо. Толкнул к шару.
– Нет, не здесь и не так, – остановил его вертухай, – Надо сверху.
Они, мешая друг другу, подсадили смуглянку, потом и сами взобрались на шар.
– Пойдете за мной, потом я остановлюсь и назад поверну, там уже сами. Но только вперед, не сворачивая. Когда под ногами все обвалится, не дергайтесь, не кричите, надо ждать! И главное, – он придвинулся к Ивану, задышал в ухо. – Главное, потом!
Надо уметь входить в переходный шлюз, где бы он тебе ни попался! Все зависит от того, как войдешь!
– Слыхал уже, – занервничал Иван.
– Еще послушай. Если захочешь сюда попасть, в садик, заходи спиной, сразу же разворачивайся и вверх, все время вверх, ну да ты уже знаешь как! Запомнишь?
Иван не ответил. Он ткнул вертухая пальцем в жирный и отвислый живот, спросил:
– А ты кибер?
Вертухай надулся.
– Я полуживой, – ответил он и добавил со вздохом: – Из некондиционной партии.
– Как это?
– Да ты все видал же! Помнишь, там, у Марты? Не все зародыши выживают, очень мало кто. Ну, а издыхающих, тех, кто точняк не вытянет, вживляют в киборгов, вот и получаются потом, когда вырастут и разовьются, полуживые. Только в этом сразу не разберешься. Пошли лучше!
– Пошли!
Вертухай поднял руки, сдавил уши ладонями... и стал погружаться в шар.
Когда над серой, оплетенной непонятной плетенкой поверхностью осталась лишь его голова и плечи, сказал глуховато:
– Ты это, давай-ка бабу ставь на меня! А потом ей на плечи сам встанешь!
– Я щас дам, встанешь! Волки поганые! Сучары! Я щас всех мести начну! Эй, охрана-а-а!!!
Но Иван не стал обращать внимания на вопли смуглянки. Он приподнял ее и поставил прямо на вертухая, на его жирные и дряблые, растекшиеся тестом, плечи. И смуглянка пошла вниз.
Когда и она скрылась почти полностью, Иван осторожно поставил одну ногу ей на плечо. Смуглянка тут же вцепилась в лодыжку зубами. Но Иван даже не поморщился.
– Грызи, грызи, – проговорил он, кривя губы, – и не такие грызли!
Через несколько секунд ион погрузился в темную полость шара. Но на этот раз ощущение было такое, будто он оказался в воде – Иван даже испугался за лучемет, не затекло бы вовнутрь! Но вертухай успокоил:
– Сейчас все пройдет, – сказал он, – давайте за мной!