Лишь на первый взгляд плоская, как поверхность стола, долина выглядела пустынной. На самом деле она представляла собой нечто вроде посёлка с множеством маленьких жилых домиков, скрытых от посторонних глаз с помощью специальных технологий. Там, где миг назад было чистое поле и беспрепятственно гулял ветер, один за другим возникали, как грибы после дождя, компактные куполообразные домики цвета слоновой кости без дверей и окон. Они появлялись, стоило Нараяну и его сестре к ним приблизиться, и исчезали, когда те отходили на несколько шагов. Выглядело это примерно так, будто на их пути то и дело из-под земли один за другим выскакивали и вновь прятались гигантские шампиньоны. Однако сестра Нараяна и он сам не обращали никакого внимания на эту скачку каменных грибов, развернувшуюся вокруг них, и спокойно шли вперёд, безошибочно обходя те места, где в следующее мгновение возникал очередной дом. Продолжалось это около двух минут, пока родственники не свернули с невидимой тропинки между домами, которой придерживались прежде, и не скрылись в одном них, пройдя сквозь выпуклую белую стену.
Войдя в дом следом за ними, Юля увидела, что внутри необычное жилище представляет собой круглое помещение, разделённое на три комнаты лёгкими подвижными перегородками. Цвет стен, потолков и пола периодически менялся, переходя от светло-жёлтого и салатового к сиреневому и розовому. Менялась и текстура поверхностей, благодаря чему дом казался отделанным изнутри то мрамором, то деревом, то стеклом. По одну желанию сестры Нараяна все стены и перегородки куполообразного домика стали полностью прозрачными, и они трое будто снова оказались посреди зелёной равнины под открытым небом.
Сколько Юля ни смотрела, она не заметила в доме ни одного предмета мебели – ни стола, ни стульев, ни шкафов – ничего. Но, только успел соответствующий вопрос возникнуть в её голове, как она увидела ответ на него. Из пола, в самом центре комнаты, которую можно было бы назвать гостиной, поднимаясь, как большой пузырь воздуха на поверхности внезапно закипевшего озера, вырос метровый шар, состоявший из напоминавшего ртуть материала. Взлетев на полтора метра над землёй, он распался на пять частей – белее крупную сердцевину и четыре меньших по размеру лепестка. Затем центральная часть приобрела форму плоского зеркального диска и устойчиво повисла в воздухе, а оставшиеся четыре превратились в неглубокие кресла без ножек и остались парить немного ниже столешницы. Прочая мебель была скрыта в недрах дома таким же хитроумным способом, так что, когда в ней не было необходимости, свободное пространство в помещении преобладало.
Юля смотрела сквозь прозрачный потолок, как по яркому голубому небу проплывают тонкие белые облака, и думала, как, должно быть, хорошо жить в таком доме, погружённом в природу, наполненном естественным светом и естественными звуками – шелестом травы и пеньем птиц. В доме, где нет ни одной лишней вещи, ни одного лишнего штриха, где всё устроено просто и функционально, где нет тяжеловесности, но есть красота и свежесть.
Звук весёлой, струящейся, как воды родника, мелодии возник в её мыслях. Музыка шла неизвестно откуда, словно рождалась в воздухе, и в нём же парила, проникая в сознание. Она поднимала настроение, развеивала печаль и бодрила как дыхание прохладного ветерка, ворвавшееся ранним утром в захваченную сном спальню. Радостное оживление накрыло Юлю, ей захотелось прыгать, петь, танцевать, делать всё сразу, энергия наполнила её разум. И вдруг она ощутила, что взор её прояснился, всё вокруг приобрело большую чёткость и материальность и уже меньше походило на умозрительное видение, как если бы её присутствие в этом мире стало более полным.
– Какая удивительная музыка! – подумала Юля, – Откуда она взялась?
– Атмосфера наполнена плодами гармонии и красоты, их может взять любой, кто пожелает, – ответила сестра Нараяна.
– А разве нет автора у этой мелодии? – спросила Юле, не вполне поняв смысл ответа, – Кто-то же должен был создать её? На Земле композиторы пишут музыку, писатели – книги, художники – картины, и прочие люди искусства создают великие творения, а все остальные потом называют их авторами, говорят, что музыкальные, литературные и другие произведения принадлежат им.
– А учёный, открывший какой-либо природный закон на Земле, тоже становится его хозяином и получает возможность распоряжаться им? – ответила вопросом хозяйка дома.
– Закон, в таком случае, обычно получает имя учёного, а другие люди признают его как первооткрывателя, – мысленно произнесла Юля. – Но распоряжаться законом учёный, конечно же, не может, потому что невозможно контролировать природные явления, они никому принадлежать не могут.