громкого, им неприятны. Они используют в общении либо тот сверхтихий шепот, что я слышал, либо обмен мыслями. Что ж, в случае чего голос может послужить мне неплохим оружием", - подумал Квентин. - Меня зовут Мо, - важно отрекомендовался гриб. - Я происхожу из знатного рода старожилов колонии. Мои предки были среди тех, кто, подвергшись Изменению, поселился на этом месте. Квентин заметил, что грибы не все одинаковые и различаются ростом и формой шляпок. Среди них были и совсем маленькие грибочки с тонким тельцем и молочно-белой кожицей - их дети. Наблюдая такое разнообразие грибных видов, можно было предположить, что среди них существуют какие-нибудь сословные или расовые различия, и слова Мо только подтвердили это. Квентину еще только предстояло научиться общению на ментальном уровне, поэтому он постарался выражать своим мысли предельно доступным и простым языком. - Я путешествую и собираю крупицы мудрости у самых разных народов, и хотел бы побольше узнать о вашем народе, - старательно, в голове, проговорил он. - Хотя я и происхожу из древнего и знатного рода, - ответил Мо. - Но тебе лучше поговорить об этом с Додом, который прекрасно знает историю нашего народа и давно мечтает познакомиться с представителями других разумных существ. - И Мо испытующе воззрился на Квентина, словно бы лишний раз убеждая себя, что действительно имеет дело с представителем другого разумного вида. Квентин усмехнулся про себя, но постарался не выдать ни малейших признаков пренебрежения к братьям по разуму. - Я хочу встретиться с мудрецом Додом. Я всегда рад встрече со знающими и умными людьми, - мысленно произнес Квентин. - Люди - это такие как ты? - услышал он Мо и порадовался, что его поняли. - Да, это разумная раса, живущая на земле. И до встречи с вами я не подозревал, что существуют другие. Ответа не последовало, но Квентин расслышал то ли горделивое сопение, то ли мычание знатного гриба. Вероятно, Мо был бесконечно рад услышать, что его народ первый разумный вид, который не является людьми. - Сейчас я позову мудреца Дода, чтобы он поговорил с тобой, - важно объявил Мо. Но Квентин, представив, сколько им придется ожидать, пока Дод приблизится на расстояние пригодное для беседы, спросил, не лучше ли будет, если он сам отправиться к мудрецу. Мо задумался, анализируя это предложение. Он думал, как бы Квентину безопасно пройти по поляне среди плотно стоящих грибных семеек с их детьми, чтобы случайно не свалить и не раздавить кого-нибудь. И в этот момент в голове у Квентина раздался совсем другой, слабо звучащий голос: - Не надо проталкиваться сквозь толпу, подвергая риску беспомощных и слабых малышей. Дод сам подойдет к вам. Я, конечно, могу разговаривать и на таком расстоянии, но мне очень хочется взглянуть на живого человека. Если правда то, что мне говорили... - Дод не договорил, и Квентин заметил, что в глубине грибного поля загорелся светло-зеленый огонек и стал довольно быстро приближаться к ним. Дод катился быстро, с изяществом лавируя между семейками застывших в растерянности грибов, и они уступали ему дорогу. Минут через десять, что по меркам грибных скоростей было не так уж и плохо, Дод подкатился к Квентину и Мо. По тяжко вздымающимся и опускающимся круглым бокам Дода, Квентин понял, что переход дался мудрецу нелегко. Большой шар, покрытый морщинистой кожей и приплюснутой, чтобы лучше кататься по земле, шляпкой, стоял рядом с Квентином и, тяжко отдуваясь, собирался с мыслями. Юноша подумал, что почтенному Доду не следовало так торопиться и изнурять себя тяжелым переходом и что он, Квентин, все равно бы никуда не делся и дождался бы мудрого Дода. Дод, пока еще не в силах что-либо произнести, уловил мысли Квентина и согласно кивнул верхней частью шаровидного туловища, прикрытой плоской шляпкой. Наконец гриб успокоился настолько, что смог связно мыслить, и восхищенно выдохнул: - Вот, значит, какой он человек! - при этом мудрец так высоко задрал голову, что Квентин даже испугался, как бы у него не свалилась шляпка. - С детских лет во мне жила надежда увидеть настоящего человека, задыхаясь, говорил Дод. - Но наш лес настолько далек от мира людей, что на протяжении долгих веков ни один человек не забредал сюда. Лишь отдаленные смутные обрывки чьих-то мыслей долетали до меня, но сами их носители находились так далеко, что я и не надеялся когда-нибудь увидеть их. И вот, наконец, встреча с настоящим человеком! Теперь, согласно заветам предков, я должен буду открыть вам, молодой человек, самый большой наш секрет, нашу самую заветную тайну, сберегаемую и хранимую не одним поколением грибов, торжественно объявил Дод. Квентин, хотя еще и не научился понимать ментальный язык грибов, все же уловил, как подобралось и насторожилось грибное племя. Их предводитель говорил важные и судьбоносные вещи. Дод же от осознания значимости собственной миссии раздулся, как воздушный шар, и стал почти одного роста с человеком. Теперь Квентин хорошо видел его круглое лицо с черными бусинками глаз и слегка голубой в лунном свете кожей. Нос Дода торчал сливой, а его рот, кружком с серебряную монету, казался постоянно открытым. Ручек-стебельков и ножек-корней, как у других грибов, у Дода не было, но в любой точке своего тела он мог выбрасывать наросты, которые в зависимости от потребностей принимали нужные формы. - Друзья мои! - Дод обратился к своим соплеменникам. - Сегодня у нас знаменательный день. Мы видим перед собой настоящего человека, носителя первичного разума. Первую разумную форму жизни на нашей Земле. Можно сказать, нашего прародителя, - Дод сделал выжидающую паузу, и вслед за этим поднялся такой шум возмущенных мыслей, что Квентин ничего в нем не мог разобрать. Все кричали одновременно. Интонации голосов были от предельно возмущенных до восторженно торжествующих. - Да, нашего прародителя! - твердо осадил толпу Дод. - Это являлось самым большим секретом и главным достоянием нашего ордена хранителей. Мы бережно в течение сотен лет передавали из поколения в поколение эти знания и одновременно наблюдали перемены, происходящие с нашим народом. Вы ведь знаете, что ваши деды не похожи на вас, а их прадеды так же не походили на них, как ваши внуки не похожи на ваших отцов. Мы все время меняемся, но правда состоит в том, что в глубоком прошлом мы все были людьми. Такими же, как он! - Дод выбросил из своего тела отросток и ткнул им в сторону Квентина. - Взгляните, друзья мои, на этого человека. У него почти такие же внутренние органы, как у нас. У него есть сердце, легкие, и он дышит воздухом так же, как мы. Быть может, только мозг у него, вследствие ограниченного пространства черепной коробки, меньше нашего, но мыслит он так же, как мы. Но это еще не самое главное, самое главное в том, что сказано об этом в великой книге Начал. Гриб приосанился, выпрямился и торжественно продолжил: - В великой книге Начал сказано, что первая мыслящая форма была одна, затем произошло разделение на три, они изменились, и из каждой стало много. Мы много дискутировали о значении этих слов, но только теперь, когда я воочию увидел настоящего человека, на меня снизошло озарение. Я лицезрел истину, друзья мои, и мне стало ясно: мы тоже когда-то были людьми, такими же людьми, как этот человек, стоящий сейчас перед вами. Это было многие сотни лет назад до того, как произошло Изменение. А после Изменения мы стали другими, непохожими на людей, но в отличие от других лесных жителей сохранили разум и волю. Изменения продолжаются, и с каждым новым поколением мы все более и более утрачиваем черты присущие людям. С какой целью идет Изменение, по какому пути и что является его первопричиной, долгое время оставалось для нас загадкой. Мы жили, растили детей и совершенствовали свои способности, но все это время, из поколения в поколение, происходили изменения, отдаляя нас от первоначального облика людей-прародителей. Мы научились управлять своим сознанием и обрели удивительные способности мышления, но в то же время, благодаря утрате защитных свойств и подвижности, присущих людям, стали легкой добычей паразитов. Что помогало нам выживать все эти годы? Только сложение тысяч наших разумов в один и объединение всех наших сил в единую и непобедимую волю. Только задумайтесь, что было бы, не будь у нас этих уникальных способностей! Нас бы давно уничтожили ужасные черви, стремящиеся превратить нас в питательную среду для выращивания своего потомства. Но только благодаря тому, что мы когда-то были людьми и властелинами этого мира, мы не сдались и выжили. И вот теперь, друзья мои, когда настал час истины, я заявляю: Изменение пришло на само по себе, оно было инициировано злыми силами, которые хотят господствовать в нашем мире. Кому-то, чья злая воля стоит за этим процессом, хочется одного: превратить людей в некое подобие растений, в пищу для взращиваемых им омерзительных тварей. Теперь, когда передо мной стоит настоящий человек, я совершенно отчетливо осознаю это, и Древние источники служат подтверждением моим мыслям. К сожалению, друзья мои, процесс продолжается, и мне неизвестно, как долго с помощью Силы Единой Мысли мы сможем противостоять набегам паразитов. Тот, кто стоит за всем этим, не успокоится, пока не довершит свое черное дело. А значит, рано или поздно наступит день, когда наши дети или внуки не смогут больше сопротивляться нашествию червей. Тогда с нашим народом будет покончено, и мы превратимся в питательное желе из мозгов очень полезное поганым тварям. Чтобы победить зло, нам нужен могущественный и верный союзник. И таким союзником в борьбе за наше общее существование может быть только человек. Считаю, что мы должны открыться нашему гостю-человеку, открыть ему наши тайные знания и умения, что вынашивали мы долгие годы, и обрести в его лице надежного друга и защитника. Мы всегда должны помнить, что были людьми и стали грибами только по воле злых сил. Мы никогда не должны забывать о том, что у нас не только общий предок, но и враг тоже общий. Мудрец Дод умолк, отдуваясь. На поляне воцарилась полная тишина. Грибы замерли и потускнели. Квентин, находясь на ментальном уровне сознания, не слышал больше ни звуков ночного леса, ни движения воздуха, ни испуганных криков ночных птиц. Только ощущение близости к источнику высокой энергии, некой ментальной мельнице, тяжелыми жерновами перемалывающей его мысли, охватило принца. Молчали все, и это молчание было настолько исполнено энергией, что, пронизывая каждую клеточку тела, заставляло разум человека слиться с единым мыслительным организмом всего грибного сообщества. Наконец тишина была прервана, и Дод, обращаясь к Квентину, сказал: - Я долго ждал этого момента. Твои мысли открыты мне. Я знаю твое прошлое, знаю, кто ты и откуда пришел, - все это ясно запечатлено в твоей памяти. Силой Единой Мысли мы можем узнать многое о твоей жизни. История твоя печальна, и она вдвойне печальна событиями последних дней. Люди перестают быть людьми и теряют разум под воздействием Изменения. Перед тобой, Квентин, лежит нелегкий путь, но сделанный тобой выбор правильный. Ты должен спасти наш мир, стоящий на грани вымирания и безумия. Поверь мне, людей как формы существования разумной расы на Земле осталось не так много, а тот, кто начал Изменение, продолжает творить свое черное дело. Будь это Конах или кто-то иной, кто стоит за ним - неважно, как он себя именует - несет зло нашему миру. Его надо остановить. И если ты готов выполнить миссию, возложенную на тебя судьбой, то всегда можешь рассчитывать на нашу помощь и поддержку. Где бы ты ни был, мы всегда поможем тебе всей нашей Силой. - Поэтому я спрашиваю тебя, человек, от имени всего нашего народа, готов ли ты принять наши знания и помощь, чтобы победить в борьбе? - Да, - тихо ответил Квентин, ошеломленный только что продемонстрированной ему Силой Единой Мысли. - Тогда прими этот дар, - Дод, ловко вытянув руку-отросток, извлек откуда-то из-под земли тускло блеснувший ободок. - Это один из тех немногих предметов, что достался нам от наших предков Древних людей. Этот золотой ободок поможет тебе сконцентрировать разум и стать участником Силы Единой Мысли. Каждый день, пока ты его носишь, будет давать тебе новые способности и знания. Золотой ободок научит тебя лучше чувствовать настроения и мысли других людей, хотя это произойдет не сразу. Но самое главное, мы теперь сможем слышать друг друга на любых расстояниях, и ты всегда сможешь обратиться к нам за советом и помощью в трудную минуту. Призови нас, и мы всегда будем с тобой рядом. Дод внимательно смотрел на Квентина, словно вопрошая его: все ли он осознал из сказанного этой ночью. Квентин только сейчас заметил, что стало светать. Солнце ярким оранжевым шариком выкатывалось из-за вершин деревьев. - Пришло время отправляться в дорогу, юноша, - мудрец говорил медленно, старательно продумывая слова, чтобы все сказанное дошло до Квентина. Время самое дорогое, что у нас есть. К сожалению, оно работает против нас, и на Земле продолжается Изменение. Не теряй времени, а заодно с ним и наш мир: мир людей, мир разума, тот мир, который все мы любим. Квентин надел ободок на голову. Болото, лес, грибы - все вдруг пропало и погрузилось во тьму. Когда Квентин очнулся, солнце уже стояло высоко, а рядом топтался Гнедко, терпеливо ожидая, когда же проснется хозяин и они поспешат в дорогу. Что произошло в эту ночь? Или это был просто сон? Все было настолько странно и неправдоподобно, что ни будь золотого ободка на голове, Квентин никогда бы не поверил, что все это ему не приснилось. Он снял ободок, повертел его в руках и, не найдя в ободке ничего примечательного, снова надел на голову. Ничего не изменилось, быть может, только какой-то неясный шум, что он слышал теперь все время, стал немного громче. В этом шуме не было ничего неприятного, скорее наоборот, в нем слышалось нечто ободряющее, словно откуда-то издалека к нему пытался прорваться голос доброго и родного существа. Но прежде чем оседлать коня и отправиться в путь, Квентин решил внимательно изучить карту, подаренную Таной. Он развернул свиток и с удивлением обнаружил знакомые названия мест. Это было невероятно, но на карте, изготовленной триста лет назад, названия стран, рек и морей не изменились. Он сразу же нашел Монтанию и, проведя пальцем на юго-восток, прошелся по лесам Оддора и дальше на юг через равнинные степи и пустоши Редера, за которыми находилось последнее из Великих Королевств - Террана со столицей городом Магочем. В этот город на побережье Серединного моря, где по преданиям находилась дорога в небо в легендарное королевство эльфидов, и лежал его путь. Дорога между Западным и Серединным морями, по которой двигался Квентин, была проведена на карте черной жирной чертой. Значит, в старину этот тракт был хорошо известен. И теперь Квентину предстояло проследовать этим рискованным и позабытым за столетия путем. Пришла пора отправляться в дорогу. Принц оседлал Гнедко и двинулся легким шагом по старой дороге. Денек был солнечный, и как только он тронулся с места, легкомысленные солнечные эльфы весело запрыгали перед ним по дороге, указывая путь. Через пару часов Квентин заметил, что лес стал намного гуще, а кроны деревьев переплетаются над головой. Квентин ехал по тенистому лесному коридору и думал, что деревья стали такими высокими и толстыми неспроста, скорее всего, они тоже подверглись Изменению. Окружающий ландшафт преобразился только спустя пять дней. Деревья стояли теперь не сплошной стеной, а рощицами, перемежаемыми степными полями. Еще через день Квентин достиг края леса, и перед ним открылась великая, простирающаяся до самого моря степь Редера. Он остановился на краю леса, достал из седельной сумки зеркальный ларец, подаренный Таной, и поймал в него лучик солнца, которое теперь с каждой милей становилось все жарче. Рикки и Молли, весело щебеча, описали в воздухе головокружительную петлю и запрыгнули в ларец. - С тобой в лесу мы неразлучны, а выйдя в степь, поймай последний лучик. А если будем мы нужны, открой ларец и не тужи, - пропели они напоследок. Квентин захлопнул крышку зеркального ларца. Теперь его солнечные друзья были всегда с ним. Они пришпорил коня и поскакал по пыльной в степи дороге. Впереди, раскинувшись на многие сотни миль, лежали ковыльные степи Редера - вольные пастбища прибрежного ветра.