Когда этот ключ попадет в поле, он просто перестанет существовать! Но может произойти и что-нибудь еще, что-то-совсем непредвиденное.
Ключ падал с высоты всего нескольких футов, но секунды для Расса, завороженного зрелищем, растянулись до бесконечности. Он увидел, как ключ пробил туманное мерцание, окаймлявшее поле, как он медленно поплыл дальше, словно увязнув в густом сиропе.
И вдруг туманное мерцание взорвалось ослепительной вспышкой! Расс нагнул голову, заслоняя глаза от невыносимого сияния. Громовой раскат эхом отдался… скорее в космическом пространстве, чем в воздухе… и поле вместе с ключом исчезло!
Прошла секунда, еще одна, а затем вновь послышался удар — тяжелый металлический стук. Но на сей раз не космический, а вполне обыкновенный, будто кто-то этажом выше уронил на пол инструмент.
Расс повернул голову и столкнулся взглядом с Уилсоном. Челюсть у лаборанта отвисла, на губе тлела прилипшая сигарета.
— Грег! — крикнул Расс, разорвав тишину, нависшую над лабораторией.
Дверь распахнулась, и в комнату вошел Маннинг. В руках у него был блокнот с вычислениями и карандаш.
— В чем дело?
— Мы должны найти мой гаечный ключ!
— Твой ключ? — озадаченно переспросил Грег, — Ты что, не можешь взять другой?
— Я уронил его в поле, и теперь он во временном измерении равен нулю. Стал «моментальным ключом».
— Не вижу в этом ничего особенного, — невозмутимо промолвил Грег.
— Ну и зря, — возразил Расс. — Видишь ли, поле исчезло. Возможно, ключ оказался для него слишком массивным. А когда поле свернулось, ключ приобрел новые временные координаты. Я его слышал. Мы должны найти его!
Они все втроем поднялись по лестнице в комнату, откуда Рассу послышался стук. На полу ничего не было. Они обшарили все уголки, все остальные помещения. Ключ как в воду канул.
Через час Грег спустился в лабораторию и приволок оттуда переносной флюороскоп.
— Может, с этой штуковиной фокус получится, — устало пробормотал он.
И фокус получился. Они обнаружили ключ в пространстве между стенами!
Расс уставился на тень на пластинке флюороскопа. Это, без сомнения, была тень ключа.
— Четвертое измерение, — сказал Расс, — Он переместился во времени.
На щеках у Грега затвердели желваки, глаза возбужденно горели, но лицо его по-прежнему напоминало застывшую маску, почти устрашающую своим спокойствием, закаленную несметным числом испытанных прежде опасностей.
— Во времени и пространстве, — поправил он.
— Если бы мы умели управлять этим перемещением! — воскликнул Расс.
— Не волнуйся. Мы сумеем. И это станет величайшим открытием века.
Уилсон облизнул губы и вытащил из кармана сигарету.
— Если вы не против, — сказал он, — я все-таки смотаюсь сегодня вечером во Фриско. Мочи нет терпеть, как ноет зуб.
— Конечно, зачем мучиться-то, — рассеянно согласился Расс, мысли которого были заняты исключительно гаечным ключом.
— Могу я взять ваш самолет? — спросил Уилсон.
— Разумеется, — ответил Расс.
Они вернулись в лабораторию, заново создали поле, бросили туда несколько шарикоподшипников, и те незамедлительно исчезли. Их тут же нашли с помощью флюороскопа — в стенах, в столах, в полу. Некоторые из них, пребывая в новом временном измерении, зависли в воздухе — невидимые, неосязаемые, но от этого не менее реальные.
Часы проходили за часами, принося все новые открытия. Вычислительные машины щелкали, гудели и клацали. Уилсон отбыл в Сан-Франциско разбираться со своим зубом; двое друзей продолжали работать. Когда забрезжил рассвет, стало проясняться и решение проблемы. Хаос случайностей выстроился в строгую закономерность, в чеканные формулы и уравнения.
Весь следующий день они трудились не покладая рук, ставили все более сложные опыты и узнавали все больше и больше.
А потом из ближайшего космопорта, расположенного в сорока милях от лаборатории, пришла радиограмма. В ней сообщалось, что Уилсон задержится в городе на несколько дней. С зубом дела куда хуже, чем он предполагал, нужна операция на челюсти.
— Вот черт! — сказал Расс. — Надо же, как не вовремя!
Пришлось им собственноручно, без лаборанта, корпеть над
контрольным устройством. Они долго монтировали его, ворча и ругаясь, но в конце концов одолели.