— Это вовсе необязательно, дитя. Хотя и вполне выполнимо. Но я не хочу делать это без веской причины. Рекомендую не испытывать моё терпение и приступить к делу.
Рэй посмотрел на мистера Бартлетта.
— Для начала необходима Звезда, — сказал тот, наклонив небольшую стеклянную статуэтку-башенку. — Без неё у вас ничего не выйдет.
Мисс Мелтон, что всё ещё держала Рэя под прицелом револьвера, нетерпеливо вскинула бровь:
— Слушайте своего дорогого наставника!
Тогда Рэй повернулся к панели и, собрав все свои силы, мысли и смелость, дёрнул левый рычаг.
Та, что называла себя Хранительницей громко рассмеялась:
— Вы сентиментальный глупец, мистер Бартлетт! Прекрасно зная, что дар Хранителя можно передать ещё при жизни нынешнего, вы не решились это сделать. Неужели этот уличный мальчишка стал вам так дорог?!
Мистер Бартлетт облокотился на стол, затянулся своей трубкой, выпустил клубок дыма и всё это — не сводя глаз с женщины с револьвером. Он был спокоен. Даже слишком спокоен, учитывая происходящее.
— Боюсь, вам никогда этого не понять. С силой Хранителя, или без неё — вы никогда не проникнетесь состраданием к кому бы то ни было.
— Вы правы! Меня мало волнует благополучие этого мира, ведь моё собственное волновало его примерно столько же, — она посмотрела на Рэя и воскликнула, — о, бедный мальчик! Ему ужасно не повезло с теми немногочисленными родственниками, что у него остались. Родной дядя — обманщик и...
— Но ведь и его родная тётя оказалась не лучше, — незамедлительно парировал мистер Бартлетт. — Убийца, шантажистка и того хуже — проклятие всего Небесного моря!
Рэй обернулся. Женщина в чёрном опустила револьвер. В глазах первого читалось недоумение, во взгляде второй — злость и отрицание. Вся её фигура напряглась, как натянутая струна, а руки едва заметно задрожали, но вовсе не от страха. Этими словами изобретатель вывел на свет тайну, которую она не решилась бы раскрыть даже на исповеди.
— Вижу, я не ошибся! Выходит, ваш отец успел поведать даже больше, чем вы рассказали нам. Быть может, именно поэтому он так долго хранил свои знания в секрете? Понимаю, с этим сложно примириться. Когда-то мой собственный отец с завидным упорством внушал мне, что именно я — воплощение Чёрного Пирата. И ему это удалось! До тех пор, пока я своими глазами не убедился в обратном. Удивительнее всего то, что пророчество и вправду пало на наше с вами поколение.
Он подошёл к столу, на котором в жёлтых огнях свечей, поблёскивал хрустальный шар. Внутри, как и прежде, покачивался на волнах пиратский корабль, над ним возвышалась Звезда Желаний, вокруг замерли каменные птицы-стражи. Этот маленький хрупкий мир сквозь года проносил заключённую в нём историю, что повествовала о мире куда бо́льшем. Пришло время, когда ей суждено было воплотиться в жизнь.
— Кто бы мог подумать, что это не выдумка, — тихо произнёс мистер Бартлетт, аккуратно постучав по поверхности шара четырьмя пальцами. — И кто бы мог подумать, что мне приведётся встретиться с воплощением Чёрного Пирата? Тем, кто не гнушался ни шантажом, ни отравлением беззащитного животного, ни даже убийством старика, который за свою жизнь никому не причинил вреда!
Он с негодованием посмотрел на женщину с револьвером.
— Я прав?!
— Изначально это не входило в мои планы, — раздражённо отмахнулась та. — Старый заносчивый пьяница, он сам меня вынудил! Всюду совал свой нос, следил за мной и надоедал бесконечными вопросами. Я предложила ему щедрую награду за молчание. Но к моему удивлению, старый слуга оказался слишком горд и верен своему хозяину. Что же ещё мне оставалось?
— Выходит, это его разговор с вами я случайно услышал тогда, — с горечью проговорил Рэй, когда четыре кнопки на панели запустили необходимый процесс. — Вы убили бедного мистера Джордана, а ведь он предостерегал меня. Он знал, кого следует остерегаться.
— На твоём месте я бы не стала забывать о наставлениях старика, — и она вновь подняла своё оружие.
— Позволю себе заметить, — сказал мистер Бартлетт, взяв со стола позолоченное перо и покрутив его в руках, — что будучи на вашем месте, я не спешил бы обвинять кого бы то ни было в слежке. Те письма, что вы писали мне всё это время — обличающие и запугивающие. Вы будете огорчены, но ни одно из них не попало в цель! Взять, скажем, то послание, в котором вы намекали на гибель мистера Шарпа от моих рук. В тот вечер, когда я вслед за ним покинул Старрэйн-Мэнор, наши пути более не пересекались.