— Так-то, Мистер Зиф!
Он уже развернулся, чтобы уйти, но отчего-то не смог этого сделать… Рэй взглянул через плечо: незадачливый воришка прижал уши и, сидя в тёмном углу, дрожал от холода. Он казался жалким узником грязной темницы. Всего лишь маленькое создание, чья попытка не умереть от голода, не увенчалась успехом. Это плачевное зрелище заставило Рэя устыдиться своего поступка.
«А ведь мы с ним так похожи» — с искренним сочувствием подумал он.
Медленно подойдя ближе, он сел прямо на землю рядом с котом. Тот задрожал сильнее, но не сдвинулся с места. Рэй отломил от булки половину и, протянув её новому знакомцу, повторил слова доброго мальчика Арчи:
— Держи, что же ты!
В этот миг он словно в зеркале увидел себя самого: те же удивление, растерянность и благодарность. Осторожно приняв протянутый ему кусочек, кот какое-то время смотрел на Рэя с сомнением, точно ожидая подвоха. Но тот не обманул, не забрал, не оттолкнул. Он оказался тем, кто помогает, не требуя ничего взамен. Помогает потому, что кто-то нуждается в его помощи.
Их дружба началась с вражды, но оттого была не менее крепкой — познавшие одно горе, они не могли быть врагами.
* * *
Призраки былых дней растаяли в воздухе. Холодный переулок исчез, уступив место великолепному дому. Надоедливый стук дождевых капель обратился успокаивающим тиканьем часов. Шустрый озорной кот по имени Мистер Зиф лежал теперь неподвижно, а его большие жёлтые глаза были закрыты.
Тягостное прошлое осталось позади, но был ли Рэй счастлив в своём настоящем? Богатством не залечить сердечных ран, уюту не спасти от тоски, умиротворению не одолеть душевной боли. Прошлое порой коварно — оно оживает в памяти именно тогда, когда ты остаёшься один и не знаешь, как быть дальше. Оно хладнокровно закрывает двери в будущее и стирает границы настоящего, заставляя тебя думать, что всё кончено.
Вдруг Рэй вспомнил всё плохое, что произошло в его жизни. Вспомнил пронизывающий ветер и проливной дождь, удушающий смрад и вязкую грязь, темноту, голод и холод. Вспомнил, вероятно, потому, что все эти несчастья с ним делил Мистер Зиф. Друг, ради которого он продолжал бороться. Ведь зачастую силы придаёт нам вовсе не тот, кто сильнее, а тот, кто слабее нас.
«Я откажусь от своей новой жизни, я вернусь на улицу и снова буду голодать, — отчаянно думал Рэй, — только бы ты вернулся! Только бы ты был со мной!».
Рэй неотрывно глядел на Мистера Зифа, надеясь уловить малейшее движение, вздох или звук. И вот, когда казалось, что надежда угасла, произошло чудо! Мистер Зиф, словно бы сжалившись над своим другом, тихонько коснулся лапой его руки. Это была лишь случайность, но именно она вывела Рэя из оцепенения. Не веря своим глазам, он склонился и весь обратился в слух. Это была правда — Мистер Зиф, хотя и тихо, но дышал. Он был жив!
«Я могу спасти его! Ещё не поздно!» — эта мысль ударила его, точно молния. Утерев слёзы, он отнёс Мистера Зифа в комнату и бережно положил на кресло.
Рэй ринулся вниз и, буквально ворвавшись в гостиную, сбивчиво рассказал обо всём мистеру Бартлетту. Стоило ему закончить, как тот мгновенно переменился — из рассеянного и отрешённого, он стал сосредоточенным и решительным. Задав Рэю лишь пару вопросов, он твёрдо сказал:
— Теперь дорога каждая минута. Отправляйся в свою комнату, будь с Мистером Зифом и никуда не уходи. Жди меня.
— Хорошо, сэр, — Рэй не представлял, что мистер Бартлетт собирается предпринять, но всецело доверял ему.
Мальчику было страшно возвращаться, но не вернуться он тоже не мог. Переборов свой страх, Рэй вошëл в комнату — здесь было тихо. Опустившись на ковëр перед креслом, он стал ждать. Казалось, прошли часы, прежде чем на пороге появился мистер Бартлетт в сопровождении незнакомца. Это был мужчина средних лет с рыжими волосами и ярко-голубыми глазами. Одетый в потëртый жилет, полотняные брюки и тяжëлые высокие сапоги, он производил впечатление человека, занятого тяжелой работой.
— Это Джозеф, — представил его мистер Бартлетт. — Он работает на конюшне и прекрасно ладит с животными. Он может помочь.
Казалось, он хотел сказать «я надеюсь», но пожалел чувства Рэя.