Сбежав вниз, он нашëл в кресле мистера Бартлетта. Казалось, тот спал. В глубине души Рэю не хотелось его беспокоить, но ведь они так долго ждали падения Звезды! Неизвестно, сколько времени им придëтся потратить на поиски, а ведь уже через двенадцать часов она обратится в пепел. Собравшись с мыслями, мальчик тронул изобретателя за плечо, тот вздрогнул и открыл глаза:
— Рэй? Что случилось? Тебе нездоровится?
— Нет, сэр, со мной всё хорошо, — ответил Рэй и, желая как можно скорее сообщить долгожданную весть, показал ему светящийся медальон. — Она здесь. Мы её дождались!
Счастливую улыбку на его лице впору было сравнить с волшебным свечением. Кажется, ещё немного, и он не преминул бы разбудить всю гостиницу радостным криком: «Звезда упала! Звезда ждёт нас!».
Изобретатель, долгие годы мечтавший увидеть в деле старинный артефакт, в первый миг будто потерял дар речи. Магическое свечение, искрящееся и манящее, перенесло его на десятки лет назад, когда он делал свои первые шаги в сложнейшей Звёздной науке. На лице этого человека, знавшего всё о Небесном море и Созвездиях, отражалось столь неподдельное восхищение, точно он был простым смертным, не подозревающим об их существовании. Очарованный увиденным, мистер Бартлетт протянул было руку к медальону, но вовремя опомнился и с улыбкой произнёс:
— Медальон хранит Хранителя. И не дастся в руки чужаку. Настал твой час, Хранитель Рэй!
Спешно закрыв Мистера Зифа в номере, Рэй выбежал на улицу и доверился воле медальона. Как пояснил мистер Бартлетт, принцип его действия подобен компасу: луч света указывает в сторону упавшей Звезды. И чем она ближе, тем он ярче. Хранитель держал медальон крепко, но в то же время очень бережно, как если бы у него в руках была диковинная птица. Временами луч то становился тусклым, то вспыхивал с новой силой.
Так было пройдено около мили. Наконец, они свернули с дороги и оказались у границы небольшого леса. Рэй посмотрел вверх: деревья уходили высоко в ночное небо.
— Что же дальше? — он перевёл взгляд на мистера Бартлетта.
— Невозможно предсказать, куда упадёт Звезда. Не беспокойся, Рэй, медальон знает, куда идти. Я буду рядом.
Приободрённый этими словами, Рэй вошёл в глубь чащи. Мистер Бартлетт последовал за ним. Со всех сторон их обступила темнота. И только часы-медальон служили источником света, а луч постоянно менял своё направление. Хранителю приходилось то сворачивать направо, то держаться левее, преодолевая всевозможные препятствия. Вдруг остановившись, он прошептал:
— Я чувствую её… Она где-то рядом!
Рэй устремился вперёд. Казалось, не ноги, а крылья несли его к намеченной цели. Наконец, он замер посреди небольшой пустоши:
— Мы нашли её!
Это выглядело так же, как и в первый раз: выжженное пространство, и сияющая гостья из Небесного моря. Испепелив землю, Звезда тем не менее пронизывала воздух невероятным холодом. Мистер Бартлетт подоспел чуть позже и только развёл руками:
— Я охотно верю тебе, Рэй. Но сейчас упавшее светило открыто только твоему взору.
Хранитель совсем забыл об этом. Ведь и тогда Звезду видел он один, Мистер Зиф же не видел ничего необычного. Вплоть до той минуты, как Рэй воссоединил её с медальоном. Опустившись на колени и немного помедлив, он взял в руки Звезду. Холодная, белая и острая, она будто была высечена изо льда. На этот раз ему не нужны были подсказки, ведь заветные слова сами звучали в его голове:
«Обернувшись трижды, стань тем, кто правит вопреки. Раз. Небо станет прахом». Рэй поднёс Звезду к медальону.
«Два. Земля — домом». Вставил один из концов в отверстие, как ключ в замочную скважину.
«Три. Время — силой». Повернул трижды, согласно ходу часовых стрелок.
Треск! Вспышка! Темнота…
Мистер Бартлетт окликнул Рэя, но тот не ответил. Он держал Звезду в руках и ему казалось, что в ней сосредоточен весь мир — такой маленький и хрупкий, что страшно было пошевелиться. Не слыша голоса, зовущего его по имени, не видя тёмного леса, сомкнувшего своды над его головой, не чувствуя твёрдой почвы под ногами, Хранитель всецело был подчинён воле Звезды.
— Рэй! — мистер Бартлетт встряхнул мальчика за плечи. — Ты слышишь меня?!