— Небесное Море — это отражение нашего мира. А отражение Чёрного Пирата… это я.
Как громко и беспощадно прозвучали эти слова. В первый миг Рэй подумал, что ему изменяет слух, ведь это просто не могло быть правдой! В молчании осмысливая сказанное, он слышал треск горящих поленьев в камине, пронзительный свист ветра за окном и даже собственное прерывистое дыхание. С трудом сглотнув комок в пересохшем горле, он слабо вымолвил:
— Вы?..
— Я, Рэй, — на лице мистера Бартлетта появилась печальная улыбка. — Я не хотел, чтобы ты узнал об этом. По крайней мере, сейчас, но раз уж так вышло... Когда-то Хранителем Звёзд должен был стать твой покорный слуга. Обучение, подготовка, наставления — круговорот Звёзд поглотил меня с головой. Впрочем, не без чужой помощи. «Ты должен понимать, что судьба каждого жителя этого города — в твоих руках». «Ты должен жить по законам Звёздных часов». «Ты должен, ты должен, ты должен».
Это были только воспоминания, но даже сейчас в рассказе мистера Бартлетта, казалось, звучал голос совсем другого человека.
— С раннего детства отец внушал мне, что все мы, потомки Алфорда Горра, живём не в мире, а ради мира. Все мы — смиренные подручные Звёздных часов. Большинство этих догм не находили во мне отклика и казались неправильными. Однако я не мог противиться воле родителя и со временем без остатка посвятил себя предначертанному долгу. Я верил, что достоин стать Хранителем Звёзд! Часами просиживая за старинными фолиантами и постигая законы Звёзд, я предвкушал миг, когда обрету силу, ради которой не жалел самого себя. Но вот наступил «тот самый день», и мой отец ответил решительным отказом.
Сперва могло показаться, что это признание ничего ему не стоило. Мистер Бартлетт будто рассказывал о книжном герое, чьи мысли казались ему донельзя наивными. И всё же, порой в его тоне проскальзывали нотки горечи, присущие только рассказу человека, испытавшего подобное в действительности.
— Я не выдержал испытание, — продолжал он. — Мистер Брайтстар-старший сказал, что моя Звезда, а значит и душа, более склонна к тьме, нежили к свету. И доверить мне мир, значит подвергнуть его смертельной опасности. Он не назвал меня Чёрным Пиратом, но мы оба знали, что стоит за словами отказа. Мне нечего было сказать в своё оправдание, ведь я действительно желал иметь силу, которая помогла бы мне изменить мир. Я надеялся, что полученные знания и приложенные усилия принесут пользу. Я хотел стать тем, кого столь упорно из меня создавали. Но судьба распорядилась иначе, и дар Хранителя Звёзд достался другому человеку.
Мистер Бартлетт обернулся и посмотрел на Рэя с привычной теплотой. На его лице не было ни гнева, ни обиды, лишь усталость. Многолетняя усталость от изнуряющих мыслей и знаний, которые он обречён был нести до конца своих дней.
— Я видел, Рэй, как ты потерял связь с окружающим миром и самим собой. Видел, как тобой овладели страх и отчаяние. Но я не сказал тебе главного и всецело признаю свою вину. Звёзды, даже будучи перенесёнными в Земную сферу, всё ещё коварны! Каждая из них обладает собственной волей и действует на всех — слышишь — на всех Хранителей! Только когда энергия передана Звёздным часам, её разрушительное влияние более не представляет угрозы. Звезда способна заставить человека делать то, чего он никогда бы не сделал по собственной воле. Вероятно, в этом и заключается отличие истинного Хранителя от Чёрного Пирата — он всегда находит силы противостоять тьме. Даже той, что проникнет в его душу.
Рэй понял, что чувствовал именно это — полное отрешение от мира и от самого себя, которое несло гибель обоим.
Мистер Бартлетт подошёл и с чувством произнëс:
— Я убеждён, что столь сильного Хранителя, какой живёт теперь, Звёздные часы не видели никогда прежде.
Рэй не заметил, как за время рассказа очутился сидящим на ступенях лестницы. Его взгляд блуждал по холлу, цепляясь за незначительные детали: складки тяжёлых портьер, узор древесного пола, отблеск пламени на бронзовых ключах. Казалось, он надеялся найти поддержку у этих безмолвных свидетелей, чтобы задать ещё один вопрос:
— Вы так много знаете о Звёздных часах. Теперь я понимаю, почему. И Хранителем должны были стать вы, а стал я. Но если дар передаётся внутри семьи…