Когда Рэй, наконец, спустился в холл, друга уже и след простыл. Вдруг он услышал смутно знакомый голос:
— Вам стоит поискать здесь!
Повернувшись направо, Рэй увидел открытую дверь в комнату, где сидела хозяйка гостиницы. Она улыбнулась и помахала ему рукой. Воспользовавшись приглашением, он вошёл и огляделся: небольшая, но заставленная мебелью и наполненная разными мелочами, комната выглядела славным укрытием от окружающего мира. Вдоль одной стены выстроились книжные шкафы-стражи, другую сплошь заняли картины-вышивки в деревянных рамках; в углу почтенно расположились старинные напольные часы, а по центру, маленьким островком умиротворения, стоял кофейный столик, в окружении двух мягких кресел. В одном из них сидела женщина с книгой в руках, а подле её ног доверительно устроился Мистер Зиф.
Последнее обстоятельство вызвало у Рэя закономерное недоумение: его друг, как правило, был весьма подозрителен и подолгу присматривался к незнакомцам. Сейчас же он одарил своей благосклонностью человека, которого видел всего второй раз!
Миссис Дюран поспешила объяснить:
— Мы нашли общий язык, когда ваш друг гостил в моей комнате вчера вечером, — она ласково почесала кота за ухом. — Я нахожу его весьма дружелюбным! А может, это лишь хитрость, чтобы получить лакомство?
Тут Мистер Зиф необычайно оживился, а леди весело рассмеялась. Про себя Рэй отметил, что смех у неё чистый и мелодичный, речь — негромкая и приятная, а глаза — лучистые и добрые. И вот уже он сам отвечал ей улыбкой, а столь внезапная перемена в характере Мистера Зифа уже не казалась столь странной.
Миссис Дюран пригласила его сесть в кресло напротив:
— Как ваше самочувствие?
— Мне лучше, спасибо, — Рэй сел и взял на руки Мистера Зифа, в итоге выбравшего «родной берег» у столика-острова.
Не имевший привычки жаловаться, он не желал обременять хозяйку гостиницы, памятуя о проявленном ею великодушии. Однако проницательная леди, похоже, видела его насквозь:
— Вам определённо ещё нездоровится, — помолчав, она вдруг спросила, — вы никуда не спешите?
До прихода мистера Бартлетта Рэй мог свободно распоряжаться своим временем, а потому покачал головой.
— В таком случае подождите немного здесь, — она отложила книгу и вышла из комнаты.
Глядя ей вслед, Рэй подумал, что гостиница «Янтарное солнце», как и её владелица, заслуживают большего внимания, нежели удостоены сейчас. Доброжелательность и заботливость миссис Дюран отражались во всём, что его окружало: атмосфере, интерьере, ароматах. Можно было подумать, что солнечный свет и впрямь выбрал это место своим тихим приютом. И хотя эта комната была не больше самой скромной кладовой Старрэйн-Мэнор, а обстановка значительно уступала его богатому убранству, Рэю здесь очень понравилось!
Его размышления были прерваны стуком каблуков. В дверях появилась миссис Дюран с серебряным подносом в руках.
— Это исключительно моё мнение, — она поставила поднос на столик, — но я полагаю, что нет такого недуга или скверного настроения, коих нельзя было бы вылечить чашкой горячего какао.
Перед Рэем оказалась фарфоровая чашка с незнакомым напитком розовато-коричневого цвета и восхитительным запахом. Последовав примеру миссис Дюран, он осторожно сделал глоток — обжигающе-горячо, но очень вкусно! Ничего подобного он не пробовал раньше, ведь в Старрэйн-Мэнор подавали чай или кофе, но никогда не готовили этого чудесного напитка с таким забавным названием «ка-ка-о». Ему даже подумалось, что если бы радость можно было испить, вкус её был бы именно таким.
Плохое самочувствие и тревожные мысли рассеялись так же быстро, как рассеивался пар, витающий над чашкой. Миссис Дюран, вне всяких сомнений, была права в своём предположении! С интересом наблюдая за юным постояльцем, она радовалась, что её идея, в прямом смысле слова, пришлась ему по вкусу.
— Я никогда такого не пробовал, — поделился Рэй и сделал второй, более уверенный глоток. — Это очень вкусно!
— Не считая книг, это мой любимый способ поднятия духа, — призналась миссис Дюран. — Какао представляется мне осязаемым воплощением уюта.
Рэй согласно кивнул и увидел, что даже Мистер Зиф проявил интерес к содержимому его чашки. Но угостить друга не представлялось возможным, и он виновато пожал плечами в знак сочувствия. Однако ещё в начале завтрака он приметил на подносе пару сдобных булочек и ломтиков сыра, бисквиты и масло. Невольно в памяти возник день их с Мистером Зифом знакомства — добрая леди и её сын, похищенное угощение и вражда, переродившаяся в дружбу. Мог ли он тогда предположить, какая жизнь ждёт их обоих всего год спустя? Воспоминания прошлого заставили его помрачнеть, и это тут же обеспокоило миссис Дюран: