— Что-то не так?
— Нет, нет, — спохватился Рэй, — всё в порядке. Я просто подумал…
Но хозяйка гостиницы, проследив за его взглядом, поняла эти слова по-своему:
— Пожалуйста, не стесняйтесь, — она подвинула к нему тарелку.
— Спасибо, — с улыбкой поблагодарил Рэй, не желая впутывать эту милую леди в причудливые хитросплетения своих воспоминаний. Взяв одну из булочек, он разделил её пополам и привычным жестом протянул завтрак своему проголодавшемуся другу. Но что если хозяйка будет против идеи кормить питомца со стола? Подняв на неё смущённый взгляд, Рэй хотел было извиниться, но миссис Дюран с шуточным возмущением сказала:
— Не хотите же вы заставить бедное животное голодать, глядя как едим мы?
С этого момента, окончательно убедившись в доброте и деликатности своей новой знакомой, Рэй почувствовал себя намного свободнее. Так, втроём, они чудесно провели время — Мистер Зиф полёживал на мягком ковре, а Рэй и миссис Дюран вели беседы обо всём на свете.
— У вас так много книг, — отметил мальчик, с любопытством разглядывая книжные полки.
— Большую часть этих полок должен занимать архив гостиницы, — сказала хозяйка, — но на деле здесь преобладает моя любимая литература. С тех пор, как «Янтарное солнце» утратила былое признание, я могу себе это позволить. К тому же, чтение книг значительно приятнее, нежели рутинная работа с деловыми бумагами. Я очень люблю читать.
— Я тоже, — отозвался Рэй. — Хотя я прочитал не так уж много. Библиотека мистера Бартлетта такая большая! Наверное, мне и к совершеннолетию не прочесть всех книг в ней.
— Мистера Бартлетта? — переспросила миссис Дюран.
— Да. В Старрэйн-Мэнор очень много книг.
И тут Рэй понял свою ошибку: ведь мистер Бартлетт представил его как своего сына! Было бы весьма странно говорить об отце, как о постороннем человеке. Но исправлять оплошность было уже поздно, и он предпочёл переменить тему:
— Можно спросить, как вы придумали такое необычное название для своей гостиницы?
Миссис Дюран тоже предпочла не заострять внимание на неловком разговоре и начала свой рассказ:
— После возвращения из Парижа, где я провела почти столько же лет, сколько в Лондоне, мне очень не хватало солнца. Не поймите меня превратно, ведь я люблю этот город! Но частые дожди и туманы, ветер и тучи порой приводили меня в отчаяние. Особенно, когда дела оставляли желать лучшего. Мне захотелось создать место, полное света и тепла. Место, где людям становилось бы радостно и легко, какая бы погода ни стояла за окном. Я знаю, в это трудно поверить, но когда-то «Янтарное солнце» была любима многими. Здесь было красиво, ярко, весело! Часто постояльцы говорили мне, что им кажется, будто здесь и впрямь поселилось солнце. Или, по крайней мере, парочка его лучей. Но потом, — миссис Дюран погрустнела, а в её глазах погас прежний блеск, — многое в нашей жизни изменилось, и теперь моя гостиница видит не так много гостей. Однако, когда они появляются, я безмерно этому рада!
Последними словами она хотела подчеркнуть, что одним из таких гостей считает и Рэя.
— Мне здесь нравится, — сказал он, — здесь очень уютно. Ещё мне кажется, что свет никуда не ушёл! Ведь солнце не перестаёт светить, если никто на него не смотрит. Оно всё так же дарит людям тепло и освещает им путь. Я не сомневаюсь, что придёт время, когда «Янтарное солнце» снова увидит старых друзей и обретёт новых.
Растроганная хозяйка гостиницы хотела поблагодарить за добрые слова, но в этот момент из холла раздался шум — кто-то спешно спускался по лестнице и отдавал приказы. Хлопнула парадная дверь, послышались уверенные шаги, и утренняя идиллия была нарушена мистером Бартлеттом. С деловитым видом, одетый в пальто и с карманными часами в руках, он был полностью готов к отъезду.
— Доброе утро, миссис Дюран! Я хотел просить вас, — он ступил на порог и увидел своего подопечного, — Ты здесь, Рэй? Я думал, ты ещё не покидал своей комнаты.