Сидя за большим столом и окружённый заметками из путешествий, Рэймонд Брайтстар заполнял пустующие страницы «Истории Звёздных Часов». На его лицо падал косой солнечный луч, что делал веснушки на его щеках ещё заметнее, а глубину голубо-зелёных глаз — ещё прозрачнее. Точёный профиль, аккуратно очерченные губы, серьёзный вдумчивый взгляд. Осанка, манеры, движения. В этом аристократичном четырнадцатилетнем юноше невозможно было признать тщедушного, бледного, испуганного беспризорника.
Но несмотря на внешнюю перемену, Рэй ничуть не изменился душой. По-прежнему чуткий и справедливый, он продолжал любить окружающий мир и заботиться о нём в меру своих сил. Ему всё так же претили зло и равнодушие, и так же были дороги судьбы людей. Ни разу он не допустил мысли о том, чтобы отступить от своей цели — оберегать этот хрупкий мир и быть достойным титула, переданного покойным отцом.
Тем временем Мистер Бартлетт тоже не сидел без дела — в свободные дни он мастерил разнообразные часы, живые открытки, музыкальные шкатулки и многие другие вещи по желанию заказчиков. Рэй даже стал брать у него уроки, подмечая разные хитрости и накапливая идеи. Он хотел создать «помощника» для Звёздных Часов, способного изменить Звёздную систему к лучшему. И однажды, возможно, сделать так, чтобы Тёмные Созвездия не появлялись вовсе! Это были мечты, но Рэй верил, что это возможно. Глубоко в душе он надеялся, что однажды и его имя станет чем-то большим, нежели скупая строка в «Истории Звёздных Часов». Надеялся, что сделает нечто особенное, чем сможет заслужить уважение в семье Хранителей. Рэй верил — любые мечты рождаются для того, чтобы однажды непременно исполниться.
Обмакнув перо в чернильницу, Рэй дописал предложение и закрыл тяжёлый фолиант. Спустившись с платформы по винтовой лестнице, он водрузил книгу на полку высокого стеллажа. Мистер Бартлетт сидел за столом и трудился над очередными часами. В левой руке он держал лупу, а в правой — необычный инструмент вроде швейцарского ножа. Так проходила кропотливая работа над изделием, дабы оно пришлось по нраву заказчику и вызвало зависть его почтенных гостей. Этим людям совершенно безразличны история и смысл, но безмерно важны внешний вид и стоимость вещицы.
«Что поделать, если красота внешняя имеет значительно большую ценность, нежели красота внутренняя. И не изобретателю-чудаку спорить с мнением света» — иронично говорил мистер Бартлетт. Рэй сочувственно соглашался, зная наверняка, что «изобретатель-чудак» без труда выиграл бы этот спор. Однако он не мог позволить себе подобную роскошь, ведь изобретательство было его источником дохода. А между тем, «охота на Звёзды» сопровождалась немалыми денежными тратами — поездки, гостиницы, сборы.
— Закончил? — не отрываясь от работы, поинтересовался мистер Бартлетт.
— Закончил, сэр, — Рэй подошёл ближе. — Никак не мог подумать, что в Хаммерсмит мы найдём целых четыре Звезды!
Он с интересом оглядел часы-статуэтку в виде льва: в нём определённо кроется какой-то сюрприз. Ведь это отличительная черта всех его изобретений — заставить окружающих поверить в то, что магия существует.
— Это, верно, для мистера и миссис Альбертсон?
— Ты угадал. Признаться честно, я едва поспеваю закончить к назначенному сроку. Но мистер Роубах ждёт от меня чертежи, которые я всё ещё не удосужился ему отправить. Рэй, мальчик мой, могу ли я просить тебя об одолжении?
— Конечно, сэр. Чем я могу помочь?
— Я был бы крайне признателен, если бы ты доставил эти бумаги адресату.
Рэй с готовностью ответил:
— Я доставлю их, сэр. И с удовольствием помогу мистеру Роубаху в них разобраться.
* * *
Дом мистера Роубаха находился достаточно далеко от Старрэйн-Мэнор. Проделав большую часть пути в экипаже, дальше Рэй решил пройтись пешком. С недавних пор он очень полюбил пешие прогулки — осматриваться вокруг или смотреть себе под ноги; считать вывески вокруг или угадывать образы в причудливых формах облаков; идти, неспешно любуясь видом или бежать, глядя прямо перед собой.
Но сейчас он старался не терять бдительности и крепко держал перевязанные бечёвкой чертежи: в таком городе, как Лондон, беспечность может дорого обойтись. Рэй не боялся воров, ведь не так давно и сам имел к ним некоторое отношение, но ответственность за доверенные ему бумаги вынуждала держать ухо востро. Размышляя обо всём, что приходило в голову, он не спеша шёл по улице, когда произошло первое столкновение.