— Этиоль все время поддерживал тебя?
«Нет, он еле шел. Часто падал. На открытых местах мы ползли».
— Тебе было трудно идти?
«Да, больно и страшно. Я боялся, что Этиоль умрет и я останусь один».
Вэрол воспринимал лишь обрывки образов. Этого было уже недостаточно.
— Теперь отвечай вслух, — сказал он, усиливая у своего пациента ощущение отстраненности от настоящего. — До карьера шли долго?
— Да, потому что очень медленно.
«Пора, — решил Вэрол. — Барьера практически больше нет».
— Ты видел звездолеты и людей, — твердо произнес он. — Ты их видел, Виан. Какие они были?
— Звездолеты… да, — выговорил Виан. — Их было три… Очень высокие. Как гигантские иглы. И люди… Много. — Он вдруг открыл глаза, в них было смятение. — Люди в форме харджеров!
Встретив взгляд Вэрола, он отвернулся, перекатился на грудь и уткнулся лицом в траву. Вэрол молча разрезал веревку, стягивавшую руки Виана. На запястьях его багровели полосы.
— Ты ошибся, вот и все, — сказал Вэрол. — Тогда ты был слишком мал, а позже не мог судить здраво. Ненависть ослепила тебя. — Вэрол тронул его рыжеватую шевелюру. — Надо было выудить из тебя правду, когда ты провалил свое задание на Олмете. Но ты заморочил мне голову этой звездой. Я решил было, что владелец звезды — твой отец.
Виан сел, глядя в землю.
— Если б этот человек был моим отцом, я бы повесился на первом же суку, — сказал он угрюмо.
Заметив приближавшийся глайдер, Вэрол вышел на открытое место, а когда машина села, отвел Дана в сторонку и информировал о том, что выяснил. Пришлось выложить все.
— И это совершил мой отец! — воскликнул потрясенный Дан.
— Путь, начатый предательством, ведет только вниз. Но разговаривать некогда, займемся делом, — сказал Вэрол. — Положение сложное, но есть идея. Прежде чем обсудить ее, я заберу атошар, все равно им пользоваться нельзя.
Взяв карманный передатчик, Вэрол направился вдоль горы к ровной площадке, чтобы посадить атошар подальше от леса, где он мог застрять в кронах деревьев, и от скальных обломков, усеявших склон. Подчиняясь импульсу, атошар снизился по лучу и через какое-то время опустился в нескольких метрах от Вэрола. Прикрепив атошар к специальному захвату, Вэрол пошел обратно.
Когда Вэрол удалился, Дан подогнал глайдер поближе к опушке, решив, что не стоит держать его на виду.
Виан наблюдал за ним. Теперь уже Дан не знал, как с ним держаться.
Вдруг возникшее острое ощущение опасности заставило Дана обернуться. И это спасло ему жизнь. Любому энтэйру, так же как и Хранителю, было достаточно ударить один раз, чтобы убить не готового к нападению, тем более стоящего спиной противника. Однако Дан обернулся, и преимущество внезапности пропало. Вытащить оружие Дан не успел. Виан перехватил его руку. Схватка не могла продолжаться долго. Виан был измучен и потерял остроту реакции. Дан отвлек его обманным выпадом и поймал на болевой прием, от чего Виан вырубился и упал. Дан выхватил бластер. Виан напал первым, и взбешенный Дан живо припомнил все, что за ним числилось: покушение на Джайвана, похищение Ноллы, предательство здесь, на Риоре. Он имел полное право выстрелить. Но, убив Виана, он поставит последнюю кровавую точку в ужасной строке, написанной отцом… И в чем-то сравняется с ним… Содрогнувшись, Дан опустил руку с бластером.
— Что здесь произошло? — резко спросил вернувшийся Вэрол. Выслушав объяснения, он воскликнул: — Я законченный идиот! Не сообразил, что Виан по-прежнему видит в тебе лишь сына убийцы, отомстить которому — цель его жизни… Ваша стычка многое осложняет. Сейчас мне нужно содействие Виана. Но, кстати, за последние полтора часа он уже в четвертый раз теряет сознание.
Присев возле Виана, Вэрол стал приводить его в чувство, а Дан отошел подальше. Очнувшись, Виан с горечью сказал:
— Напрасно ты помешал ему убить меня.
— Я ни при чем, он поступил, как считал нужным. Виан, ты несправедлив к нему! Нельзя судить одного человека за дела другого, пусть это даже сын и отец.
— Оставь меня в покое, — произнес Виан, с усилием встал и побрел к лесу.
— Ты куда?
— Здесь дует, холодно, — пробормотал он.
У опушки он опустился на травку, вытащил из кармана медпакет, и Вэрол издали рассмотрел, что Виан непослушными пальцами выковыривает черно-красную капсулу, предназначенную на крайний случай, капсулу самоубийства.