Когда до попадания оставались считанные секунды. 'Феникс' прыгнул... пролетев полсотни метров с лязгом приземлился но еще в воздухе открыл огонь из основного лазера.
Лея всегда отличалась от других и одно из отличий неимоверно быстрая реакция и почти полное отсутствие эмоций во время боя в купе с великолепной координацией. Все это открывало перед ней заманчивые перспективы... проведенные два года на арене чего стоили. Там ее и заметил нынешний командир... как раз заметивший ее после боя с 'Мародером' причем с победой 'Феникса', что было практически не вероятно. правда 'Феникс' попал к техам на полгода а Маклауд в палату интенсивной терапии после экстренного хирургического вмешательства и пересадки семидесяти процентов кожи... и вот теперь она здесь возле долб... ... городка и небольшой встряски в воздухе
'Феникс' извернулся невероятным образом и двумя одновременными выстрелами сбил левый вертолет и повредил соседний отстрелил ему крыло... также неимоверно быстро (по меркам водителей боевых роботов) ушел в сторону от нового залпа... Лея обливалась потом последний маневр был не совсем успешным. Что то силой ударило в спину и опрокинуло робота....
Лея понятия не имела, как долго она пробыла без сознания. Судя по внутренним ощущениям, по тому, что разваливавшийся на глазах "Беркут" еще огрызался, - не больше нескольких секунд. Размышлять на эту тему времени не было.
Невзирая на нестерпимую головную боль, и назойливый звон в ушах, нескончаемое мигание контрольных лампочек, во всю мощь голосящих о множественных повреждениях робота, Лея с трудом подняла машину на ноги, заставила шагнуть вперед... очередной толчок опрокинул 'Феникса' и вызвал лихорадочные движения пилота в попытке удержать равновесие
Нестерпимый визг донесся снаружи - это металл терся о металл. Она бросила взгляд на один из дисплеев - броня на корпусе "Феникса" расползлась открывая нежные внутренности приводов...
Душераздирающий визг, следом скрежет отразились на пульте бешеным перемигиванием сигнальных лампочек и надписью на экране:
"Недопустимая нагрузка на левую руку".
Маклауд бросила взгляд на обзорный экран. На фоне языков пламени, пролетающих обломков было видно, как из дыма выскочил странный танк и тут же сверкнула вспышка. мощный удар сотряс робота. Руку настолько вывернуло назад, что начали рваться пучки миомерных мышц. Затем вновь послышался скрежет, и плечевое сочленение буквально вывернуло в посадочном гнезде. Рука безвольно повисла вдоль корпуса, тем самым нарушив остойчивость робота.
"Феникс" сразу начало разворачивать вправо, судорожное нажатье на кнопку запуска прыжковых двигателей не дало никакого эффекта кроме новой россыпи огоньков. Вот уж действительно - из огня да в полымя! Так вроде выражались ее предки. Что же делать? Лея сердцем почувствовала, что дольше оставаться нельзя. Стоит ее роботу получить еще один гостинец - и все! Им уже не выбраться.
Она ударила по клавиши системы спасения, включающей катапульту, при этом робот уперся правой рукой в землю. Подождала секунду другую но все чего дождалась это слабый хлопок где то снаружи. Только теперь лея ощутила нестерпимую жару, которая залила рубку. Косой взгляд в сторону индикатора, то и дело хватая ртом воздух, но лицо ее оставалось невозмутимым. Бортовой компьютер раз за разом предупреждал о недопустимом повышении температуры в рубке. Но пилот из за шума в ушах не могла ее слышать...
- Сама знаю! - заорала она, обращаясь к бестолковому аппарату в приступе внезапного бешенства. Глаза то и дело заслоняла кровавая пелена
Все это не помешало лее, изо всех сил вцепившись в подлокотники, сохранять ориентацию робота в пространстве.
- Погляди, дурак безмозглый! - добавил она. - Мы уже не падаем, нас раздавят.
- Недопустимое повышение температуры, - откликнулся на голос компьютер.
- Маклауд, восстанови контроль! - вновь заорал уцелевший динамик.
Никакого ответа.
Новый Удар пришелся вскользь, и все равно привязные ремни, казалось, решили разрезать ее тело на части. Затем молчание. Недолгое и болезненное... у Лей было ощущение, что ее медленно, с чувством поджаривают... новый рывок и снова скрежет. Следом пришло резкое ослабление жары, через широкий пролом в бронированном стекле в лицо повеяло прохладным ветерком.