- Да не видно ничего! До стекла докопал - а оно затемненное. И посветить нечем.
- А как же у второго все разглядели?
- А там внутри свет был, поэтому и разглядели.
- Получается, зря работал? Ладно, не горюй. Сменимся - схожу к старшине, попрошу фонарик. Может, даст, вот тогда и посмотрим. Ладно, заканчивай.
Вэнс, спрятав прибор в ящик, встал и прислушался. Шум прекратился, вокруг было тихо. Головная боль стихла. Потянувшись, он открыл щиток и посмотрел в угол открывшегося экрана. Там горел желтый огонек. 'Так, аккумуляторы разряжены примерно наполовину. Включаем систему диагностики. Гироскоп... в хлам. Защита реактора... пробита, сам реактор заглушен в аварийном режиме. Значит, запустить можно только после ремонта, сейчас это невозможно. Оружие... все выведено из строя. После такого удара о землю - неудивительно. Катапульта... в порядке. Вот радость то! Как сейчас катапультироваться? Лететь вдоль земли на высоте несколько сантиметров? Смертельный аттракцион, исполняется до первой кочки. Более подробное тестирование... не надо, и так все ясно'.
Выбора нет. Вздохнув, Вэнс одел пояс, прицепил кобуру, прицепил ящик с аварийным комплектом на спину словно ранец, и потянулся к потолку.
Выйти из робота можно было двумя способами - либо из люка, находившегося в 'затылке' робота, или отстрелив макушку. Вэнс решил пойти по первому пути. Еще существовал мизерный шанс уйти незамеченным.
Люк открылся легко - даже удивительно. Аккуратно высунувшись, Вэнс осмотрелся. Ночь, темно. Тихо. Интуиция молчит. Высунувшись по пояс, Вэнс достал свой прибор, активировал систему 'кошачий глаз' и обвел прибор по кругу. Никого, ничего. Видно только тушу шаттла. Странно как то. Охрану что, не поставили?
Только спрыгнув в торса меха на землю и услышав где-то сбоку вопль: 'Руки вверх, стрелять буду!' - Вэнс понял, что охрана все-таки была. Она просто была около меха, затаившись после шума открывающегося люка. Боль в голове, вспыхнувшая после вопля, поставила крест на мысли оказать сопротивление.
Медленно обернувшись, Вэнс увидел молодого парня, одетого в какую-то незнакомую форму и направившего на него какое-то оружие. Ничего не поняв из того, что он сказал, но догадавшись о смысле, Вэнс медленно расстегнул пояс и бросил его на землю. Потом медленно поднял руки.
О плавучести субстанций.
Десантно-транспортный кокон, опалённый ядерным пламенем, но спасший жизнь Кота, увлёк его на дно Рейна. Сковав движения робота, устройство ещё раз спасло жизнь пилота, хоть он понял это не сразу. Ах, Рейн... Речная магистраль, сказочная река, обитель русалки Лорелеи (помните - 'Ich weiss nicht, was sohl es bedeuten...') и сказочных омутов. Река, по которой бродил Михель и вытаскивал свои клады. Источник легенд и вдохновения для поколений поэтов. Да уж... Если Рейн образца 1977 года и мог вдохновить поэта, то разве что на длительный запой. Сточная канава наиболее промышленно развитых регионов Европы, жидкая помойка, медленно сползающая к морю. Примерно в эти годы немецкие студенты провели свой впечатляющий опыт, проявив фотопленку водичкой, которую зачерпнули прямо из Рейна перед объективами камер. Конечно, они точно знали, когда именно и где именно зачерпнуть, но тем не менее...
Ничего этого Владислав не знал. Да даже если бы и знал - с чего бы ему сопоставлять знания древней Терранской истории с тем, что происходило вокруг него? Первым побуждением пилота было - срочно выбраться из кокона и спешить на помощь своим. Но пока Котинский кромсал лазерами окончательно умершую оболочку, у него было время подумать. Просмотр записей внешних датчиков показал, что пехота в его помощи не нуждается. Ни в его, ни в чьей бы то ни было ещё, кроме разве что капеллана - ядерный взрыв в непосредственной близости не оставляет висящей в воздухе пехоте даже тени шанса. Пилоты боевых машин могли бы уцелеть - сумей они запустить двигатели спасательных капсул. Но навыки аналитика и записи внешних камер не позволили Котинскому усомниться в причине и значении трёх последовательных всплесков в показаниях сейсмодатчиков. Он остался один из экипажа и пассажиров 'Леопарда'. Оставалось выяснить судьбу остальных бойцов отряда и выбрать маршрут им навстречу. Выбравшись из обгорелой и изуродованной скорлупы кокона, Владислав решил двигаться вниз по течению со скоростью бегущей воды, выставив наружу выдвижные антенны комплекса радиоперехвата. Озадачив комп номер один функциями автопилота, комп номер два - поиском и декодированием местных программ головидения сам пилот озаботился поиском ответа на один из извечных русских вопросов: 'Что делать?'. Пока же Котинский решил прикинуться старым сомом, который прикидывается старой корягой и не привлекать ничьего внимания. Конечно, пилот не знал того, что был, пожалуй, единственным высокоорганизованным живым существом в этой реке на много километров вверх и вниз по течению.