Кошачьи тропы, или Все дороги ведут...
Через три часа, когда у автохонов в зоне посадки остыли эмоции, вызванные гибелью закусочной, и они вспомнили о четвёртом 'железном яйце' - том, которое 'взорвалось в воздухе' и рухнуло в Рейн - Владислав прошёл около пятнадцати километров по дну реки. Пока растерзанный кокон вытащили на берег, пока пытались сообразить - вывернуло его наизнанку взрывом или как - успело стемнеть. К этому времени Кот выяснил несколько каналов широковещательных программ, успел послушать радио (ничего не понял в нём, поскольку немецким не владел) и не мог сообразить, почему нет раскодирования видеоряда? Неужели местные параноики применяют какую-то изощрённую систему кодов в коммерческом вещании? Кот решил проверить лично - чем занят комп. Оказалось, что железяка упорно пыталась найти и раскодировать третью координату в стереовещании. Просмотрев минут пять на логии работы вычислителя, Владислав пришел к закономерному выводу - раскодирован весь объем полученной информации. Разведчик ругнулся про себя, задал компьютеру условие - 'плоское изображение' и задумался вновь о своей судьбе. Не успел Кот прийти хоть к какому-то выводу, как комп пискнул и выдал на экран картинку. Как нарочно, это был видеоряд из разнесенного Карлосом Мюнхена. Котинский поймал канал BBC на английском языке, поэтому смог кое-как разобраться в тексте.
- Да уж, на юг лучше не ходить, - сделал Владислав закономерный вывод. После чего лёг поспать пару часиков - с наступлением темноты он собирался выйти на берег и пробежаться посуху.
* *
Третий день Кот пробирался на север, днём прячась в реке, ночью выбираясь на берег. Всё это время он собирал информацию и анализировал её. Владислав уже знал, что на планете существуют два блока - Восточный и Западный. С интересом прослушал переговоры капитана Мазур с поверхностью, без особого внутреннего протеста принял информацию о том, что он находится на Терре, причём почти за тысячу лет до своего рождения. Котинский давно уже понял, что вернуться куда бы то ни было ему не удастся, надо сдаваться (благо власти и население Земли не имели прискорбных привычек обитателей Внутренней Сферы в отношении наёмников), осталось только выяснить - кому.
На Западе - вроде бы классическая демократия со свободным рынком, что даёт, на первый взгляд, большую свободу действий и больше шансов заработать, чем жёсткая структура на Востоке, отрицающая частную собственность как таковую. Вроде бы 1:0 в пользу Запада. С другой стороны, полностью исправный боевой робот - не та собственность, которой дадут владеть свободно, другого же имущества у Кота не было. Так что - не аргумент. А вот кадры того, что натворили мехи Карлоса в Мюнхене были категорическим аргументом против ухода на Запад. Сдача капитана Мазур на Восток... Хмм... С одной стороны - на Востоке народу из 3015 года и без него, Котинского, много, на Западе будет более уникален. Зато это может оказаться уникальностью зверя в клетке. Нет, хоть экономическая модель Запада и приятнее - но уходить надо на Восток. Кот погрузился в воды Рейна и в разработку маршрута, благо составление карт местности на основе видеосъёмок погибшего шаттла он уже закончил, и даже более-менее привязал их к местности.
* *
Остров Рюген, некогда обиталище варягов, еще ранее - былинный остров Руян, он же - Буян. К 1977 году на острове не было ни бел-горюч камня Алатыря, ни быка печёного, ни в боку его ножа точёного. Зато была база торпедных (ракетных) катеров ВМФ СССР. На базе были пирсы. Около одного из пирсов был пришвартован корабль, несколько часов назад вернувшийся с патрулирования у берегов Англии. Дежурный офицер готовился получать дежурный нагоняй за традиционное до боли нарушение правил противопожарной безопасности - пустые углекислотные огнетушители в коридорах катера. Неизвестно, кто первый придумал опустить раструб огнетушителя в кружку с водой из опреснителя и приоткрыть вентиль, получив тем самым кружку газировки, но с тех пор к возвращению на базу редкий прибор мог издать хоть сколько-то внушительное шипение. И как бороться с сей напастью было совершенно непонятно.
Лейтенант вздохнул. Теперь, на двенадцатые сутки после инопланетного вторжения, служба на базе вернулась в привычную колею. Форс-мажоры ушли в прошлое, и нагоняй 'за пустой баллон' казался неотвратимым, как закат. Внезапно с палубы раздался неразборчивый крик дежурного матроса и сразу следом - выстрелы. Лейтенант Пархоменко выскочил на палубу - как раз вовремя, чтобы увидеть выходящую на галечный пляж между пирсами металлическую фигуру. 'Опять вторжение?!' - мелькнула мысль.