От его ехидного звонкого смеха Веронике стало совсем неудобно. Кулаки ее сжались, а на щеках появился предательский румянец. Было очевидно, что Мэрин смеялся именно над ней, и это обижало ранимую, закомплексованную девушку. А еще — очень ее злило. Напарник в ее глазах падал все ниже и ниже, и желание расстаться с ним из ненавязчивой мысли превратилось в стойкое стремление.
— Ух, ну ты меня и повеселила, — выдохнул Мэрин, демонстративно смахнув несуществующую слезинку. Его бледное лицо раскраснелось и стало живее, но Стивенсон от этого преображения легче не стало. — Ладно, так уж и быть. Расскажу тебе о столице. Считай это наградой за то, что повеселила меня.
Лучше бы он вообще ничего не рассказывал. Потому что такая победа была хуже поражения. Обсмеянная, униженная и красная от стыда, Вероника получила рассказ словно поблажку. Мэрин кинул ей эту «косточку» как шелудивой дворняге, и это было еще хуже, чем если бы он уперся и смолчал, предоставив ей выяснять все самой. У Стивенсон была гордость, в конце концов! Хотя… Кажется, только что ее втоптали в грязь.
— В общем — Лизотте! — Начал Мэрин, больше не глядя на Веронику. — Столица королевства Сириус, прекрасный большущий город, центр королевства, бла-бла-бла… Построен был много веков назад, сразу после победы над Пожирателем где-то на месте Кастурских полей, центра паломничества Адары за душевным покоем, если мне память не изменяет. По факту, был первым крупным городом в королевстве вообще. После перехода Адары на звездный уровень город и правление над ним было передано роду Вэадриль, ближайшим помощникам Богини и самым верным ее соратникам. Род с тех пор не прерывался, город процветал, обрастал всяким добром и так далее, и так далее. Сейчас на троне должен сидеть двадцатый король рода — Ианор Вэадриль. Если, конечно, он не успел откинуть ноги и передать правление кому-то из детей, чему лично я не удивлюсь ни капли — Ианор был древней развалиной еще когда я был ребенком. Ну и, наверное, хватит.
— П-постой! — Воскликнула Вероника, догоняя Мэрина и вышагивая рядом с ним. — Но… А как же соседи королевства? А его военное и социальное положение? Может, расскажешь о манерах при дворе и том, как себя вести? Чем славиться страна?
— Знаешь, мы с тобой сейчас выглядим так, что о манерах печься глупо — хуже не будет, — фыркнул Мэрин, косо глянув на напарницу. — О соседях потом узнаешь, военное и социальное положение тебе не нужно, хватит и фразы «мирно настолько, что тошно», а славится Сириус своими травами и производимыми из них товарами, особенно медицинскими. Еще что-нибудь хочешь знать?
— А… — Вероника поджала губы и внутренне выругалась. Насколько же Мэрин был сложным парнем! Что с ним вообще не так? Ну, кроме того, что он девять лет провел в стенах психиатрической клиники… — Нет. Мне хватит, — процедила Стивенсон сквозь зубы.
— Еще раз со мной таким тоном заговоришь, и никакая стража тебя не спасет, — произнес парень так добродушно, словно бы говорил о погоде.
От его слов Вероника вздрогнула и остановилась. Он ей сейчас… Угрожал? Но за что? Что она такого сделала? Выспросила у него о королевстве? Так это же основная и самая важная задача перед встречей с правителем! Была с ним немного груба? Но разве это не нормальное поведение для напряженной, ничего не понимающей девушки, не очень-то радой оказаться рядом с психически неуравновешенным парнем в мире, который едва ли собирался давать ей время привыкнуть к нему? Так за что? Почему он был так жесток с ней? Это было похоже на какие-то личные счеты. Так подло, исподтишка подкалывают, оскорбляют и принижают только тех людей, которых ненавидят — искренне, от души, за что-то очень плохое. Но Вероника никогда раньше не встречалась с Мэрином. Ему не за что было ненавидеть ее так страстно. Разве что…
Разве что за то, кем ее назвал этот мир?
— Ты идешь? Если останешься здесь, искать тебя никто не будет, — оклик Мэрина заставил Веронику скривиться, сжать кулаки и рвануть вперед.
Девушка надеялась, что ей удастся расстаться с напарником как можно быстрее. Пока она не сорвется. Или пока Мэрин не сорвется на нее.
7. Королева
— Королева уже ожидает вас, — произнес особо высокий страж, замерший у огромных дверей тронного зала, пока Вероника напряженно всматривалась в эти тяжелые на вид двери.
Высокие, украшенные вырезанными по дереву фигурами людей и оплетающими их растениями, они заставляли ее ощутимо нервничать. В голове глухо колотилась навязчивая мысль: «я не готова». И она действительно была не готова! Стивенсон совсем не понимала, как должна будет вести себя перед королевой. Наверняка во дворце есть какие-то особые нормы поведения, а страна сама по себе предлагает специфический этикет. И совершенно точно этот этикет не соответствовал американскому. Вероника жутко боялась напортачить. Даже больше, чем при первой встрече с Михтой.