Я медленно выдохнул.
— Сумеречные бегуны, — проговорил я вслух. — Винтовки их не возьмут. Кронинг пулемет. Ройтер, готовь гранаты, возможно, придется немного пофехтовать. Собин… не мешайся, держись сзади.
Раздавая приказы, я бросил винтовку на землю, чтобы не мешалась. Туда же отправился рюкзак и РПГшки, использовать которые уже было поздно. Я проверил, что «Gladius» легко выходит из ножен, но пока достал гранату. Краем глаза увидел, что Александр сделал то же самое, а Вальтер пошире расставил ноги, приготовившись к стрельбе.
— Глаза, — неожиданно сзади проговорил Олег. Проговорил спокойно и безэмоционально.
— Что? — от удивления я обернулся.
Олег всё еще держал винтовку у плеча, один глаз прищурен, второй смотрит в прицел, ствол направлен в сторону приближающегося врага.
— Слабое место — глаза, — пояснил Олег, не отрываясь от прицела. — Я попаду.
Первым позывом было вырвать винтовку из рук идиота и сбить его ударом ноги на землю, чтобы просто не мешался. Но, машинально подметив несвойственную мне жестокость, я сдержался.
— В нас только не попади, — и тут же отвернулся к приближающейся стаи.
Ответа я не ждал, но он всё же пришел.
— Принято.
Стая рванула вперед.
Они двигались почти бесшумно — низко, пружинисто, словно тени, оторвавшиеся от земли. Сумеречные бегуны не рычали и не визжали. Они работали. Двое ушли широкой дугой вправо, ещё один сместился влево, остальные ускорились по центру, вынуждая нас принять бой именно там, где им было удобно.
— Огонь! — скомандовал я.
Пулемёт Вальтера зарычал басовито и злобно. Очередь прошила подлесок, взметнув пыль и куски коры. Один из бегунов кувыркнулся, получив сразу несколько пуль в бок, но остальные даже не замедлились — просто перестроились, перетекая, как живая масса.
Я сорвал чеку и метнул гранату навстречу центральной группе. Взрыв был глухим, почти «пустым» — как будто воздух не хотел передавать звук. Одну тварь отбросило в стороны, вторая, потеряв ориентацию, заметалась, ударяясь о камни.
В этот же момент метнул гранату Александр в сторону пары, что обходила нас с фланга. Ему повезло меньше, я видел, что всего пара осколков попала в одну из тварей, вторая же осталась невредимой.
И в этот момент хлопнул одиночный выстрел.
Голова крайнего бегуна дёрнулась назад, будто его дернули за невидимую нить. Пуля вошла точно в глазницу, пройдя внутрь черепа, но уже не в состоянии пробить заднюю стенку черепа. Поэтому просто отскочила обратно в мозг, искромсав его окончательно. Тварь рухнула, даже не издав ни звука.
Я не оглянулся. Я и так знал, кто это сделал.
Твари быстро приближались и, похоже, сегодня без рукопашной не обойдемся. Я вынул «Gladius» из ножен и вышел вперед, наложив на себя «Каменную кожу» и готовясь использовать «Выброс». Ну или «Рывок», если что-то пойдет не так.
Вторая тварь выскочила из-за дерева, и уже поджала задние лапы перед прыжком, раскрывая пасть.
Щёлк! Ещё один выстрел. Снова точно в глаз. Тело рухнуло в шаге от меня, проскользив по земле и замерев у моих ботинок.
— Граната! — коротко бросил Александр, швыряя еще одну гранату в сторону «фланговой» пары.
На этот раз граната разорвалась прямо под брюхом одного из бегунов, и чёрная кровь из развороченного чрева брызнула во все стороны. Второй бегун резко заложил вираж и ушел в кусты.
Три оставшиеся твари, наконец, поняли, что что-то пошло не так. Один подранок, оставшийся от центральной группы что-то прошипел, после чего «фланговые» оттянулись к нему. Жалкий остаток пытался сбиться в кучу, но уже явно потерял ритм. Они всё ещё были опасны, но уже не смертельны.
Кажется, они собираются отступить, но Вальтер не планировал им это позволять. Пулемётная очередь отсекла путь отступающей твари, и она, внезапно развернувшись, рванула прямо на меня — последняя ставка, последний рывок.
Я встретил её клинком.
Удар пришёлся точно в сочленение, как и показывали инстинкты. Броня треснула, клинок вошёл глубже, чем я ожидал. Тварь дёрнулась, брызнув тёплой, вязкой чёрной кровью, и обмякла.
Справа продолжал огонь Вальтер. За грохотом пулемета я еле услышал еще один одиночный выстрел. Минус еще одна тварь, пораженная точно в глаз моим гением.
— Мой! — крикнул Александр и врубил «Рывок».
Вот только это не было отчаянной атакой Юлии, приведшей к летальным для неё последствиям. Александр знал, что делать и не пытался рисковать. Последняя тварь была уже ранена моей гранатой и сейчас явно припадала на одну из лап, когда бежала прочь стремясь как можно быстрее убраться от своей смерти. Не вышло.