— Меня могли затоптать, — напомнил о себе клон, которому явно хотелось поговорить. — Много братьев, все топают. Но ты меня выручил. Спасибо тебе, брат.
— Пожалуйста, пожалуйста, — нетерпеливо ответила Рысь. — Ты помнишь, откуда нас привели?
— Откуда?.. — растерялся парень.
— Где нас… — она на мгновение запнулась. — Растили?
— В таких… бочках… — Клон задумался.
Ясно.
— Откуда приходят новые братья? — сделала еще одну попытку Света. — Младшие?
— А! — понял наконец парень. — Вон оттуда! — И указал на дверь в противоположном конце помещения.
Света быстро скользнула к двери, осмотрела ее, приналегла плечом с одно стороны, потом с другой.
— Крепкая, — сказал бесшумно подошедший старый знакомый. — Не шелохнется. Я уже пробовал. Но сегодня забрали тридцать человек, а значит, на их место приведут столько же новеньких…
Рысь заинтересованно подняла бровь. Аналитик, однако! Пожалуй, если бы Песец не крутил любовь с Грейс, этого парня вполне можно было бы взять в команду, предварительно выгнав из нее фрау Кюнхакль.
Шутка, шутка. Как говорил классик, шутка жизнь продлевает — тому, кто слушает. А тому, кто шутит, наоборот, обычно укорачивает.
— Сегодня? — поинтересовалась она.
— Может, сегодня. Может, завтра. Спальные места еще есть.
Этого не нужно было говорить, но удержаться Света не смогла:
— Ты вообще знаешь, зачем нас готовят?
— Конечно. — Собеседник был благостен и безмятежен, как индийский махатма. — Мы каждый день учим горное дело. Нам нужно будет добывать полезные ископаемые.
— А потом? Когда добудем всё, что хотели?
Клон смотрел на нее и мягко улыбался.
— Нас вернут назад? — пошла ва-банк Рысь. — Почему никто из братьев не возвращается?
Собеседник пожал плечами.
— Наверное, не возвращать дешевле, — решил он наконец. — Нам нужно делать так, чтобы было дешевле. Это очень важно.
Чёрт. Чёрт. Светлана отвернулась, чтобы он не видел ее глаз.
Что ж, так определенно гораздо лучше. Ни хозяева базы, ни сотрудники не заслужили пощады, когда начнется перестрелка. А она непременно начнется, миссия предельно сложная. Сотрудники, конечно, вольнонаемные, но, судя по поведению, такие же паскуды, как и хозяева. Работать здесь и не понимать, что творишь, невозможно.
— Нам лучше держаться вместе, — деловито поведал клон. — Какой у тебя номер?
— Номер? — насторожилась Рысь.
— Ну да. Нас же надо как-то различать? — Собеседник задрал рукав робы и показал предплечье, на котором был вытатуировано синим длинное число. — У тебя какой? Я тебя найду, если что.
— Это… сейчас… — Света начала неторопливыми рывками расстегивать куртку.
Клон с любопытством следил за ней.
— Номер не там, — подсказал он. — Под рукавом.
— Да, я знаю, сейчас… — Она тянула время как могла.
— А зачем? — озадачился клон. — Ты что, своего номера не видел никогда? Просто назови, я запомню.
— Да, сейчас… боюсь перепутать…
Сказать по правде, Рысь уже и сама не могла точно назвать число, которое мысленно впопыхах скомандовала аппарату по изменению внешности. Но когда руку всё же пришлось вынуть из рукава куртки, вздохнула про себя с облегчением: на коже синела татуировка.
— Кривовато, — скептически оценил собеседник. — Нужно обратиться к твоему мастер-сержанту, пусть проверит настройки тату-оборудования. Пятьсот тридцать восемь четыреста сорок два семнадцать, ничего сложного, — объявил он, бросив беглый взгляд на номер Светланы. — Ты мой запомнил?..
Да уж, клону, организм которого стремится любыми путями заполнить чудовищную информационную пустоту в голове, определенно достаточно было единственного взгляда на незнакомый номер, чтобы запомнить его мгновенно и накрепко. Именно поэтому Рысь и старалась болтать поменьше — чтобы клон накрепко не запомнил странно ведущего себя собрата.
Тем не менее обучение в разведшколе тоже чего-то стоит.
— Конечно, запомнил, — уверенно ответила Светка. — Двадцать ровно — пятьдесят семь — восемьдесят один — двенадцать.
Запоминать длинные номера диверсантов учили по другому алгоритму, разбивая их на пары чисел. Такое проще откладывается в голове.
— Правильно, — сказал клон. — Значит, увидимся. — И тут же, не тратя больше времени на ерунду, смешался с толпой.
Светлана сразу связалась с Песцом.
— Братишка-один, предельное внимание, — сообщила она. — У них на предплечье под рукавом, оказывается, татуировка с личным номером. Прямо как в концлагере. Будь очень осторожен.