— Так!
Дело есть дело. Тем более для тойдарианца.
— С вас — заявка и гоночная машина, — подытожил Уотто. — А с меня тогда мальчик. Выигрыш делим пополам. Идет, а?
— Ну, если пополам, — Куай-Гон сделал вид, что усиленно размышляет. «Куда тебя только несет?» — тогда вы вносите деньги за заявку. Если выиграем, то выигрыш ваш, за вычетом стоимости запчастей. Если проиграем — берете мой корабль.
М-да, за такой торг надо топить во младенчестве. Кем бы ни были родители, торговцами они не были точно…
— Вы остаетесь в выигрыше в любом случае…
Уотто завис в задумчивости. уж больно хороши казались условия — кто угодно изойдет на пену от подозрений. Он гудел, жужжал, похрюкивал и яростно тер лапками хоботок. И, в конце концов, решился:
— Идет! — Уотто стукнул лапкой по раскрытой ладони Куай-Гона.
Рыцарь вышел из лавки, и пока он негромко пересказывал Падме и остальным все, что было, из-за двери неслось довольно уханье той-дарианца.
— Она-на пикета миндъя! — проорал Уотто, заметив, что Куай-Гон еще не ушел далеко. Джедай сделал вид, что не понял.
Гоночный болид походил на наконечник стрелы. Правда, краска на его бортах порядком облупилась, но это-то было меньшим из зол. Плоское днище, узкий кокпит, изящно вздымающийся за сиденьем пилота в антикрыло. Главным козырем этой машины были двигатели. уж где Анакину повезло раздобыть два «радонульцера», применяющихся на современных звездных истребителях, и какое чудо помогло починить их, лучше было не спрашивать. Сейчас двигатели были заключены в новые кожуха и сопряжены с кабиной стилтоновыми кабелями — еще одной удачей мальчишки. Наверное, он все мусорные кучи на планете перерыл ради них. Зато впечатление болид производил потрясающее. Словно в детские санки запрягли пару бант.
Работы, впрочем, было еще выше крыши. Зато и помощников хоть отбавляй.
Анакина ради такого дела отпустили из лавки сразу же. Так что, когда их нагруженная покупками компания вернулась в дом Шми, мальчишка уже вылизывал машину. Что не мешало ему делиться с Куай-Гоном: как Уотто приказал удостовериться, что машина и в самом деле может составить достойную конкуренцию остальным, и что это не хлам, достойный украсить собой лишь мусорную кучу, и что тогда он вот так руки сложил и вот так посмотрел на этого синего га…
— Анакин, — строго сказала Шми. — Не смей так выражаться.
— А что я сказал, мам? Куай-Гон сам его так называл…
— Анакин, — сказал рыцарь. — Ты слышал, что говорит мама?
Мальчишка сделал вид, что обиделся, и вернулся к работе. Сидя на заднем крыльце дома, Куай-Гон следил, как Анакин, Падме и Джар Джар возятся у машины. Р2Д2 доверили тестировать электронику, а Ц-ЗПО, за неимением рук и технических талантов, ограничился устными советами. Куай-Гон вызвал по комлинку корабль.
— Учитель, — с сомнением в голосе сказал Оби-Ван, выслушав его рассказ, — а что, если план провалится? Тогда мы надолго застрянем здесь.
— Мы и без энергосистемы далеко не улетим, — резонно возразил Куай-Гон и поспешил отключиться, пока Оби-Ван не принялся спорить.
Вот что-что, а в спорах этот юноша — просто талант. Неужели Оби-Ван научился этому от него? Или это врожденное?
Два местных солнца забирались по небосклону все выше, как будто играли дру с другом в догонялки. Глиняные стены лачуг раскалялись, сохраняя прохладу.
Над пустыней повисло туманное марево, размывшее очертания далеких гор. В сторону космопорта лучше было не поворачиваться. Спекшийся от множества стартов песок, словно зеркало, отражал солнечные лучи и слепил глаза.
А еще… А еще в этом мальчике действительно что-то есть.
Из дома вышла Шми с подносом в руках. Она несла детям напиться. Увидев КуайГона, она остановилась, поставила поднос, налила в чашку воды из кувшина и протянула ему. Было так легко вообразить, будто… Он покачал головой, прогоняя недооформившуюся мысль. Шми поняла его по-другому и сказала, что воды хватит на всех. Пусть берет.
Какое-то время они стояли рядом, глядя на неугомонную компанию во дворе.
— Вы можете гордиться сыном, — вдруг сказал рыцарь. — Он предлагает помощь, не думая о вознаграждении.
— Он ничего не понимает в жадности, — по усталому лицу женщины скользнула улыбка. — Он знает толк только в своих фантазиях. У него есть…
Она замешкалась.
— Необычные свойства, — закончил Куай-Гон. Шми кивнула. — Он предчувствует события, — продолжал рыцарь. — Поэтому у него такая молниеносная реакция.