Тяжелые металлические створки дверей в дальнем конце зала разошлись в стороны. Показались трое — два человека и вуки. Все трое чувствовал себя явно неуютно. Больше всего переживал вуки. Похоже, больше всего ему хотелось куданибудь спрятаться и не убегал он лишь потому, что Соло попросил его об этом.
Все трое под молчаливый солдатский салют медленно пересекли зал, поднялись по ступеням и остановились перед Леей. Принцесса улыбнулась Люку, сурово поглядела на Соло — но тоже улыбнулась. Тот подмигнул в ответ.
— Р-РР-Р! — Чубакка негромко рыкнул. Лея засмеялась и тихонько, чтобы никто не заметил, рыкнула в ответ.
Лейя взяла из рук Додонны медаль и повесила ее на грудь Соло. Следующим этой чести удостоился Чубакка — принцессе пришлось привстать на цыпочки, — а затем Люк Скайуокер.
— Рр-о! — Сотни глоток выдохнули древний солдатский боевой клич.
Все, кто находился в зале, зашумели и зааплодировали.
Внезапно Люк услышал знакомые «бип-бип». Скосив глаза, он увидел Р2Д2. Маленький робот, в нетерпении топтался на месте. Рядом стоял начищенный до блеска Ц-ЗПО и излучал благодушие.
Люка распирал детский счастливый смех. Победа, солнце, друзья… Он рассмеялся.
Лейя тоже засмеялась, следом за ней захохотал Соло.
Продолжая смеяться, Люк вдруг ощутил чье-то незримое присутствие. Он словно услышал тот ехидный смешок, которым жаловал его учитель на тренировках с мечом. Конечно, это мог быть всего лишь порыв ветра, но Люк был уверен — старый Бен Кеноби еше скажет два-три душевных слова в адрес недотепы-ученика…
И, конечно, до конца праздника никто не стал вспоминать, что из десяти истребителей «красного» звена осталось только четыре. Профессиональный военный Гарвен Дрейс, бывший вольный торговец с Бестина IV Йок Поркинс, бывший контрабандист с Орд Мантелл Терон Нетт, Джон-Д, так и не попавший в Академию Брен Куерси и недавний выпускник Академии Биггс Дарклайтер не вернулись на базу.
Дональд Глут
Эпизод V: Империя наносит ответный удар
Ну и холодина! — Голос Люка Скайуокера взломал белую тишину, окутавшую его с того самого мгновения, как он покинул базу.
Люк ехал верхом на таунтауне. И казалось, что они с таунтауном — единственные живые существа на всем огромном заснеженном пространстве, окаймленном линией горизонта. Люк устал и чувствовал себя одиноким и заброшенным. И даже собственный голос казался ему странно громким и неуместным в белом безмолвии.
Как и его коллеги пилоты, Люк регулярно, в одиночку или в составе разведотрядов, совершал вылазки в белые пустоши Хота. На базу все разведчики возвращались, как правило, со смешанным чувством спокойствия и одиночества. Во время своих одиноких вылазок Люк видел вокруг лишь бесплодные заснеженные равнины и далекие хребты, покрытые голубыми ледниками, тонущие в дымке у далекого горизонта.
Вчера вечером сенсоры этой части контрольного периметра несколько раз фиксировали неотождествленное движение. Охрана забила тревогу: активных диких жизненных форм в районах дислокации повстанцы не встречали, и возникло опасение, что это могут быть имперские дроиды-разведчики.
От пронизывающего ветра лицо Люка защищала меховая повязка — сдвинутая сейчас на подбородок — а глаза оберегали большие очки-консервы. Люк поглубже натянул на уши подбитую мехом шапку.
Изогнув в улыбке краешек рта, он попытался предположить, каково отношение к планете официальных исследователей, состоящих на службе у Империи.
«В Галактике полным-полно уголков, где колонистам до далекой звезды и дела Империи, и дела Альянса, — подумал он. — Но вряд ли найдется сумасшедший колонист, который захочет заявить права на Хот. На этой планете нет ничего и никого — кроме нас».
На ледяном мире Альянс установил аванпост немногим более месяца назад. На базе Люка знали хорошо, и хотя ему едва исполнилось двадцать три года, другие повстанцы обращались к нему «командор Скайуокер». Это несколько смущало юношу, хотя и не мешало отдавать приказы бывалым, много чего повидавшим солдатам.
За несколько лет Люк очень сильно изменился. Сам Люк с трудом верил, что всего три года назад он был наивным фермерским мальчишкой с захолустной планеты Татуин.
— Ну, крошка, поехали, — сказал командор Люк, пришпоривая таунтауна.
Снежный ящер взял с места в галоп. Мускулистые задние ноги легко несли серое тело, покрытое густым шерстяным покровом; трехпалые лапы большими загнутыми когтями взметали снежные фонтанчики. Таунтаун бежал по заледеневшему склону, вытянув вперед крупную губастую голову с острыми ушками, позади покачивался длинный хвост. На норовящие ударить в косматую морду порывы ветра животное особого внимания не обращало.