Едва заметная улыбка тронула губы гоаулда.
- Этих казнить, - сказал он.
К коленопреклоненным тотчас же устремились трое стражников, вместе со своим начальником ожидавших приказа Ра. Виновных подняли с колен, ткнув в бока копьями; воины шатались, но сопротивляться не смели, как не смели и поднять глаза на бога. Их увели, подгоняя ударами.
Оставшись один, Ра запрокинул голову и зарычал. Существо, презиравшее всех служивших ему животных, сейчас само рычало, подобно зверю, и в светящихся глазах его был самый настоящий животный страх.
========== Глава 32 ==========
Когда Менес доставил в гарнизон Киа, было уже совсем светло. Он не решался думать, сколько израсходовал энергии на эти полеты – как и о том, насколько скоро их обнаружат. Несомненно, их уже разыскивали.
Киа почти спала у него на руках – Менес бережно поднял ее из кабины и понес в крепость. Киа будет спать в его спальне, только так. Никто не посмеет покуситься на жену вождя.
Пока он здесь вождь.
Туту и Ахавер уже спали – и увидев вместо лиц соратников лица освобожденных рабов, Менес опять ощутил себя одиноким. Да, рабы шумно радовались ему; да, они восхваляли его, узнав, что он принес им божественный камень… но они его не понимали и не могли понять. Хватит ли у них храбрости встать с ним плечом к плечу, как стояли Туту и Ахавер, жрецы и воины по воспитанию?
Менес устало отмахнулся от восторгов своих людей и ушел в комнату к Киа, спать. Ему тоже нужен был отдых, хотя в его отсутствие крепость отстоять не смог бы никто.
Менес надеялся, что у них еще есть время.
Он лег к Киа, с тревогой посмотрел в ее осунувшееся лицо – потом поцеловал подругу и прижал ее к себе. Он огладил ее хрупкие плечи и закрыл глаза. Сейчас у него не было когтей.
Менес проснулся через пять часов. Он наказывал себе проснуться пораньше – роскоши спать вволю военачальник сейчас не мог себе позволить – но тело его требовало отдыха. Ахавер и Туту не стали будить его и запретили другим.
Бывшие рабы опять оказались в подчинении у своих бывших господ – но теперь были довольны таким положением. Может быть, потому, что в действительности желали не освобождения, а человеческой власти?
Когда Менес проснулся, Киа тоже уже бодрствовала над ним. Открыв глаза, военачальник прежде всего увидел ее лицо.
Менес улыбнулся, потом нахмурился и спросил:
- Твой кашель прошел?
- Да, - сурово ответила Киа. – Я приказала найти для нас вино и согрела его, разбавив водой. Я, Ахавер и Туту выпили, и теперь мы все чувствуем себя здоровыми после холодной ночи… Ты не желаешь ли?
Менес быстро приподнялся и сел.
- Ты показала моим людям, где вино?
Киа удивленно смотрела на него.
- Ты полагаешь, что они не знали этого?
Менес досадливо ударил себя по колену.
- Неважно, - буркнул он. – Дай мне этого вина.
Киа улыбнулась, выбежала из комнаты и вскоре вернулась с большим глиняным кувшином и чашкой.
- Пей, брат мой.
Она налила полную глиняную чашку вина и поднесла к губам Менеса. Он с наслаждением выпил, слизнул с губ последнюю красную каплю. Потом улыбнулся так, что нельзя было не ответить на эту улыбку.
Привлек к себе Киа и поцеловал.
- Я так люблю тебя…
Киа позволила обнять себя, ответила на страстный поцелуй; а потом, нахмурившись, высвободилась.
- Тебе следует помыться и сменить платье. И тебя ждут. Тебе сейчас приготовят ванну, я распоряжусь.
Она встала, и Менес остановил ее удивленным возгласом:
- Ты здесь приказываешь, и тебя слушаются?
Киа оскорбленно хмыкнула. Поправила свои гладкие смоляные волосы: она была уже не только причесана как жрица – ровная блестящая челка, мелкие косы, унизанные бусинами, - она еще и вымылась, и накрасила глаза и губы, и достала где-то чистое платье. Ах, конечно, все это осталось после женщин гарнизона…
- Что удивительного в том, что меня слушаются, брат? – звонко спросила Киа.
“То, что ты женщина”, - подумал Менес.
- Ты женщина, - сказал он.
Киа тряхнула косами.
- А, - насмешливо сказала она. – Это значит, что я не могу побить или убить того, кто меня не послушается. А меня может побить или убить всякий.
Менес кивнул. Именно так он и думал.
- Ты помнишь великого бога? – совершенно неожиданно спросила Киа. – Ты одевал и купал его вместе со мной… Ты видел его тело…
Менес невольно покраснел.
- Ну и что? – мрачно спросил он.
- У него узкие плечи, тонкие руки и ноги. Ты мог бы сломать ему шею и разбить голову - легко, доведись вам сойтись в единоборстве, - проговорила Киа так, точно это могло когда-нибудь быть. – Но ты сидишь сейчас здесь и не можешь выдумать, как одолеть его… Его ненавидит весь наш народ – а Ра живет так давно, что отцы наших отцов не помнят, когда он родился…
Менес молчал. Киа ошеломила его своими словами. Он вдруг подумал, не слишком ли она умна – к добру ли это…
- Тебе скажут, когда ванна будет готова, - произнесла Киа и выскользнула за дверь.
Приведя себя в порядок – Менес вспомнил и о краске для глаз, и о ленте на волосы, чтобы выглядеть достойно своего положения, - военачальник позавтракал вместе с Киа и друзьями, дожидавшимися его пробуждения. Потом он приказал всем своим людям собраться в караульной – Киа, конечно, на этот раз осталась в его комнате. На нее одну здесь было слишком много мужчин.
- Итак, - сказал Менес, убедившись, что полностью завладел вниманием собравшихся. – Братья, я и мои воины достали для вас наквад. Это очень много! И это почти ничто! – закончил он, неожиданно повысив голос.
Люди заволновались.
- Почему? – выкрикнул кто-то.
- Ты знаешь, как употребить наквад в дело? – спросил в ответ Менес.
Оборванец молчал, потупившись.
Менес кивнул, криво улыбнувшись. Он развел руками и хлопнул себя по обнаженным мускулистым бедрам.
- И никто из нас не знает! Что это значит?
Ахавер не удержался и прыснул.
- Это значит, что нужно достать того, кто знает, - со смехом, скрывающим нарастающее беспокойство, проговорил он. – Полететь в храм, схватить посвященного жреца и приволочь сюда…
- Так! – совершенно серьезно согласился Менес. – Ты полностью прав! Нужно решить, как мы это сделаем!
Ахавер и Туту переглянулись, потом изумленно воззрились на вождя. Как и в храме перехода – тогда, когда он предлагал отправиться через портал к Ра, - Менес нисколько не шутил. Но теперь его слушали не только они двое, а целая толпа людей, с рождения живших под гнетом Ра; и все эти отчаявшиеся люди были с ним согласны…
- Можно воспользоваться твоей виманой, - сказал Туту.
- Не можно, а придется! – ответил Менес.
- Но мы истощим ее вконец, - сказал Ахавер. – Мы останемся полностью безоружными!
- Мы и так почти полностью безоружны, - ответил Менес.
Он опустил глаза и поправил посеребренные ремни сандалий, охватывавшие ноги под коленями. Просто затем, чтобы не смотреть в глаза тем, кто в него верил…
И тут Менес почувствовал какое-то движение у входа в зал. Вскинул голову – в дверях стояла Киа.
Он открыл рот, готовый взъяриться; потом замолчал, не решаясь приказать ей убраться при всех своих людях. Она ведь не рабыня!
Киа подошла к нему и положила сидящему Менесу руку на плечо.
- Может быть, нам не придется захватывать пленного, - громко и звонко проговорила молодая женщина, обводя взглядом притихшую армию. – Может быть, мы овладеем способами использования наквада иначе!
Менес посмотрел на нее снизу вверх.
- Каким образом?
- Папирусы Хат, - сказала Киа. – Кажется, я видела в них описание божественного оружия… я не успела прочесть их целиком, но полагаю, что это тексты для высочайших посвященных, мастеров виман и копий…
Ахавер издал изумленный возглас.
А потом заговорили оборванцы, все разом, переглядываясь и жестикулируя.