До портала они добрались без происшествий.
Со стражей у портала вышло еще легче, чем с караульными у покоев Ра: двое товарищей атаковали непосвященных одновременно, те не успели даже понять, что происходит. Кажется, они даже не заметили Ра, висевшего на плече Птахотепа, - офицер остался позади, и фигуры обоих потонули во мраке.
- Вот так, - задыхаясь и торжествуя, прошептала царица. – Молодчины! Перчатки сюда, скорее!..
Один из воинов бросился к скрывавшей стену розовой занавеси, изломанными складками лежавшей на гладком металле пола. Когда он вернулся, всем послышался низкий стон, который мог бы принадлежать раненому чудовищному животному.
Киа ощутила, как волосы на голове зашевелились. – Он очнулся! – вырвалось у царицы. – Закричит!..
- Не закричит, - успокоил ее Птахотеп, удерживавший пришедшего в себя пленника вместе с товарищем. – Чтобы Ра и закричал!
Действительно, все ограничилось несколькими стонами; Ра затих. Конечно, он не мог допустить, чтобы его увидели в таком положении.
Воин, принесший перчатки, надел их на протянутые руки товарищей, в том числе и царицы. Перчаток оказалось четыре – на одну меньше, чем заговорщиков.
Птахотеп первым ступил в круг портала.
Киа, онемев, наблюдала, как ее спаситель и целитель исчезает в столбе голубого света, чтобы никогда больше не вернуться в созданный своими руками дворец и созданный своими руками великий город.
Храм перехода казался заброшенным. Но Киа знала, что у Врат стоят караульные, и им нельзя ослаблять бдительность. Однако с ними, скорее всего, будет легче – они не увидят, кого притащила царица и ее воины, и вначале, наверное, даже подумают, что пришедшие здесь по делу фараона. Но вот только их, скорее всего, придется…
- Их только двое, - прошептала Киа.
Она и трое свободных воинов направились к Вратам: Птахотеп со связанным Ра остались у портала. Вскоре до пленника и его стража донесся отдаленный звук падения, который повторился спустя мгновение. Птахотеп замер, весь превратившись в слух…
Выстрел; Птахотеп содрогнулся, сжав зубы и зажмурившись. Еще один выстрел. Они только что убили двоих своих.
Вернулась царица, державшая наизготовку копье; за ней следовали остальные, все с угрюмыми, потемневшими лицами. Птахотеп не стал спрашивать, кто из них стрелял по караульным.
- Теперь запускаем Врата, - сказал офицер.
Киа кивнула. Она присела рядом с пленником, лежавшим ничком и не делавшим ни одной попытки освободиться или хотя бы перевернуться на спину. Киа закрыла глаза и покачнулась, всхлипнув; она не в силах была смотреть на свое предательство.
- Госпожа! – воскликнул встревоженный Птахотеп.
Киа открыла сухие глаза.
- Переверни его, - резко приказала она. – Я хочу сказать ему несколько слов!
- Это неразумно! – воскликнул Птахотеп; но тут Киа, обхватив за плечи, перевернула Ра сама. Тот был горячим, как смертельно больной; глаз он не открывал. Будь это человек, Киа сочла бы, что перед ней умирающий, лежащий в жару. Но перед ней был не человек.
- Великий Ра, посмотри на меня! – тихо воскликнула царица.
Глаза гоаулда открылись.
Один этот взгляд сказал ей больше, чем тысяча проклятий. Киа почувствовала, как ненависть Ра душит ее – ненависть и страх. Как будто Ра заставил ее разделить то, что он испытывал; царица внезапно согнулась, схватившись за живот, борясь с дурнотой…
- Великая царица!..
Птахотеп перехватил ее прежде, чем Киа свалилась прямо на Ра. Киа припала к плечу офицера, и тот держал ее, пока она снова не обрела способность сознавать окружающее. А потом высвободилась и опять склонилась над Ра.
- Мы не хотим тебе смерти, - тихо сказала она. – Мы возвращаем тебя туда, где тебе надлежит быть! Слышишь?..
Гоаулд закатил глаза и издал долгий умирающий рык. Он сейчас вообще не казался существом, способным воспринимать человеческую речь. Киа поняла, что ни проститься со своим избавителем, ни получить прощение у нее надежды нет.
- Все, поднимай его, Птахотеп, - велела она с горечью, вставая на ноги. – Придется перебросить его через Врата как есть, связанным! Его должны подобрать на той стороне, или он сам освободится через несколько часов!
- Только бы не сразу, - заметил Птахотеп, бросая обеспокоенный взгляд на узлы на щиколотках и запястьях Ра. – Госпожа, ты уверена, что нам не…
- Нет! – отрезала Киа, меняясь в лице. – Нет, я давно сказала - он будет жить!..
Они подняли Ра и перенесли к Вратам.
Дверь на небо удалось запустить без труда, и в чистом ослепительном свете ярко вырисовались две черные груды – мертвые тела караульных. Киа тяжело вздохнула.
- Бросай его, Птахотеп.
Птахотеп, опять взваливший несчастного гоаулда на плечо, подошел к Вратам. Он примерился – а потом двумя быстрыми сильными движениями отправил Ра в путешествие между мирами: бросив его во Врата головой вперед и следом подтолкнув его связанные ноги. Лорд гоаулдов навеки покинул Землю.
Несколько мгновений люди смотрели друг на друга, потрясенные своим поступком.
Затем опять заговорила царица.
- Снимаем Врата немедленно. Берите веревки и привязывайте к кольцу – потом потянем все разом.
========== Глава 65 ==========
Пропускать веревки через обод сияющих в полную силу Врат было боязно. Все видевшие помнили, как легко Врата втягивают предметы и людей. Заговорщики, принеся веревки, не сразу решились взяться за дело.
А потом Птахотеп сказал:
- Так мы можем дождаться погони. Врата будут светить еще не меньше часа.
А Киа вдруг взглянула на него загоревшимися глазами.
- Птахотеп, а если попробовать остановить их? Сместить внутреннее кольцо – мы собьем Врата с пути, и они погаснут!
Птахотеп в замешательстве взглянул на нее. Взяться руками за Врата, изнутри?..
Но не оплошать же перед царицей – перед женщиной!
Птахотеп кивнул одному из воинов, и они одновременно подошли к наквадному кольцу. Белый свет почти уничтожил их друг для друга – люди даже не видели, за что берутся. Птахотеп ощутил холод в ладонях и озноб, пробежавший по спине; мужчины вслепую стронули внутреннее кольцо Врат, не видя, а только чувствуя направление усилий друг друга. И сразу вслед за этим ощутили себя, как рыбы, выброшенные на берег.
Выброшенные на Землю из моря звездного света…
В накрывшей их темноте несколько мгновений мятежники оставались так же слепы, как и при свете Звездных Врат. Потом, с болью в глазах, различили лица друг друга. Птахотеп посмотрел на Врата, снова превратившиеся в бесполезное каменное кольцо, вздохнул и улыбнулся.
- Мы смогли!
- Да, - прозвучал голос царицы. – Превосходно! Теперь не будем терять времени!
Они уже без всякой опаски привязали веревки к Вратам, в четырех местах. Птахотеп, закреплявший узел на резной поверхности наквада, опять ощутил сладостно-тревожную дрожь в руках – напоминание о навеки утраченном…
- Теперь тяните осторожно, - приказала Киа, отойдя к самой стене. – Не хватало только сломать их!
Зачем теперь беречь Врата, ее никто не спросил. Никому из мятежников и в голову бы не пришло разрушить это сооружение, ударить по нему молотом; казалось, рука бы отсохла при одной такой дерзновенной попытке.
Врата прочно стояли на специальном возвышении. Огромное наквадное кольцо оказалось так тяжело, как и ожидалось; но когда четверо воинов напрягли все силы, оно стало наклоняться…
- Боги!.. – закричала Киа; тянульщики едва успели отскочить. Врата обрушились на каменный пол… с грохотом, смягченным двумя телами.
Стражники, убитые при исполнении долга, и после смерти исполняли свой долг. Звездные Врата уцелели.
- Как же нам повезло, - прошептала царица. Она чувствовала себя так, точно только что спасла от смерти любимое дитя; и то же ощущали четверо ее сообщников. Ра все еще властвовал над их душами.