— Но я слишком молод для правления, а Аларик слишком стар, — отметил сын. — Не знаю — назначат ли меня.
— А тут не надо знать. Тут надо спросить себя — хочешь ли ты этого, или нет… Предложи он мне такое — я бы отказался. Слишком многое на мне сейчас. А вот насчёт тебя… Подумай, Тайл… Но помни не только о новом статусе. Статус это фигня. Помни о новых обязанностях…
— Я понял… Спасибо, отец, — он обнял меня опять и покинул балкон. — Мама, — кивнул он Риви.
Я посмотрел на брюнетку, которая сомневалась — может ли вообще подходить ко мне. Весь вечер она вела себя крайне стеснительно, будто провинилась.
— Ну, Риви, — я осмотрел красавицу, что была одета в домашний сарафан. — Рассказывай, как ты дошла до жизни такой?
— Что ты хочешь знать? — громко спросила мать моего первого ребёнка. — Как моя мама в своей глупой мечта об экономии пространства высыпала таблетки для стимуляции репродуктивной системы в не ту коробку? Или как я хранила чувства к тебе и не выходила замуж. Да и сейчас не выхожу…
— Мы кажется давно всё решили, — хмуро произнёс я. — Но видимо обстоятельства распорядились иначе… — я встал на колени под ошарашенный взор женщины. — Прости… Это всё, что я могу сейчас сделать. Это извиниться за всё то, что ты по моей вине пережила. Я будто взрывом оглушён, даже сейчас… У меня есть сын и даже внучка. А я ничего не делал… Даже не знал об их существовании. Хорош, ничего не скажешь…
— Л… Лайт… — ошарашенно произнесла она. — Встань… Т… ты… не должен стоять на коленях. Не ты.
— Почему?
— Ты спрашиваешь? Это моя глупость! Это моё решение! Это я захотела сохранить Тайла. Я дала ему жизнь и сознательно шла по этому пути! Я любила тебя, а сейчас безмерно уважаю… И быть может до сих пор люблю. И я не хочу, чтобы такой сефи, как ты — становился предо мной на колени! Это мой эгоизм привёл тебя к такой ситуации, некоторая твоя глупость и мой безмерный эгоизм. Я не хотела терять ребёнка от тебя. Я не хотела выходить замуж и дала Обет Безбрачия, что никогда и ни за кого не выйду замуж, потому что ты не можешь на мне жениться… Если в чём и виноват кто-то, то лишь я одна!
— Не смогу жениться? — зацепился я за слова. — В Ордене когда-нибудь одобрят браки.
— Это и не важно, — ответила Риви. — Я не считаю, что могу просить тебя об этом. После всего того, что произошло — я не достойна тебя. Я лишь эгоистичная женщина, что пошла против устоев и даже ранила мужчину в которого влюблена. И я не достойна, — она подошла ко мне, — ни его извинений, ни его любви, ни брака с ним. Давай, — её мягкая ладонь коснулась моей щеки. — Подымайся. Мне больно видеть тебя, стоящего на коленях передо мной.
— А что тебе не больно?
— Ничего… С момента, когда я приняла то решение и до сих пор — не было ни дня, в который я бы не сожалела о нём… — она была прервана, ведь я обнял женщину.
— Спасибо за сына, Риви, — прошептал я в её ухо. — Я не считаю тебя виновной в чём-либо. И если ты того пожелаешь… Когда в Ордене разрешат браки, я могу на тебе жениться…
— Нет, — она не спешила покидать мои объятия. — Мне станет лишь больнее, ибо я буду считать, что обязываю тебя. Нет… Я не хочу, — да она явно занималась каким-то самовнушением с применением антидипрессантов! Судя по её разуму — она проехалась по себе же весь значительно… Как так можно? Это всё из-за меня? Из-за глупой любви? — Пожалуйста, Лайт… Давай оставим всё, как есть. У меня просто нет ментальных сил менять что-то.
— У тебя-то нет ментальных сил? — спросил я у женщины. — У тебя, Риви?
— Взрослая жизнь изменила слишком многое, — ответила женщина, наконец освободившись из объятий. — Стала ли я хуже? Вполне возможно…
— Хорошо, если таково твоё желание, Риви, — сдался я, под взором её глаз. — Однако не забывай, что ты всё ещё моя первая подруга. И что у нас есть прекрасный сын.
— Да уж, — Риви улыбнулась. — Такое забудешь. Тайл получился на редкость смышлённым мальчиком, пусть иногда и подверженный эмоциям. Но Лили стойко следит за его пертурбациями. И иногда колотит его.
— Лили — дочь Лорма, — кивнул я. — Так как она наполовину забрачка — её физические кондиции ставят её же на уровень выше любого другого сефи.