— Мы… — Орлисс разорвал глазной контакт. — Мы… мы не хотим такого спасения. Когда мы обращались в Республику за помощью, то…
— То думали, что мы просто придём, помашем мечами, попалим в воздух из бластеров и силы Стратуса сразу же сдадутся? — с издёвкой спросил я. — Мы не в сказке же живём. Впрочем, вы сами в этом убедились. Совет окончен. Готовьтесь к броску на Лакерти и Чаол.
Присутствующие начали покидать палатку.
— Скайуокер, задержись, — попросил я у Энакина. Некоторые с удивлением посмотрели на меня и Энакина. А Падаван как удивился. Если у кого-то в Ордене и было какое-то особое отношение к Энакину, то не у меня. Хотел бы я избежать его превращение в Дарта Вейдера. Скорее да, чем нет… Однако все эти годы слишком ожесточили меня. Я не считаю, что должен прямо всё за всех решать. Учить, направлять — да. Но решать прям всё — не в моей компетенции. Если мозги у Энакина так и не заработают, даже несмотря на какие-то беседы с ним и доказательства необходимости работы… В таком случае — «не судьба», как бы жестоко это не звучало.
— Магистр, — падаван вернулся на место, на котором стоял.
— Хммм, — я изучающе осмотрел паренька. — Только что Капитан Орлисс очень серьёзно и громко спорил со мной.
— Его можно понять, — ответил падаван, — учитывая то, что вы собираетесь сделать, Магистр.
— Ты не одобряешь мой план, юный Падаван? Скажи честно, без прикрас, — попросил я. — Считаешь ли ты этот план «чересчур жестоким»?
Парень задумался. Его голубые глаза блуждали по голограмме города Лакерти, которую я всё ещё не отключил. Казалось он пытался рассмотреть каждое здание этого города на голограмме, будто стараясь запомнить его в первозданном виде… Ведь что Лакерти, что Чаол — скорее всего скоро исчезнут раз и навсегда.
— Мы воюем, — сухо произнёс Энакин. — Да, мы Джедаи, которые должны спасти разумных, в том числе джабиимцев. Но в то же время — они наши враги. Многие из них… И пусть я не считаю, что вы правы с этим планом. Но он лучше, чем то, что было до этого.
— Вот оно что, — кивнул я. — Видимо война вас уже чему-то успела научить. Тебя и твоих товарищей из Падаванского Отряда. И в то же время я именно поэтому хочу и дать тебе особое задание, Падаван, рассчитывая на то, что только тебе хватит характера с ним справится.
— Что за задание?
— Орлисс Гиллмунн, несмотря на то, что «якобы отступил на Совете» не создаёт впечатление того, кто согласен с моим планом. Между тем — любое лишнее колебание в текущий момент означает поражение наших сил. Я хочу чтобы ты следил за Орлиссом и в случае чего… Предпринял всё, чтобы Гиллмунн не смог помешать нашей операции…
— Следить? Вы не доверяете группе Лоялистов? Но они наши союзники и товарищи по оружию!
— Прежде всего, Падаван, они население той планеты, чьи города мы собираемся подвергнуть довольно жестокому приказу, — поправил я Энакина. — Что для Республики и народа Галактики важнее? Строения на карте, формирующие города? — я кивнул на голограмму. — Или то, какое значение в плане культуры придаётся им? Для жителей и уроженцев этой планеты — важно всё перечисленное. Этот приказ жесток… Этот план жесток. Но у нас нет вариантов… Республика обязана одержать победу. Если мы её не одержим…
— В таком случае… Хорошо, что мне делать, если Орлисс, всё же, решится нам как-то помешать.
— Обезоружить, — ответил я. — И арестовать. Я сделаю так, что силы нашей армии будут расположены рядом с людьми Орлисса. И они же — легко перейдут под твоё командование. Ты сможешь быстро отреагировать на любую угрозу, Падаван. Напряги своё чутьё, Энакин.
— Я вас понял, — кивнул Энакин. — И я согласен с вашими действиями, Магистр.
— Отрадно это слышать, Энакин… Надеюсь, ты не подведёшь, — сказал я пареньку. — Свободен.
Он обернулся и вышел, по пути кивнув входящей Леске. Генерал выглядела взволнованной, что неудивительно.
— Рыцарь, — поприветствовал я женщину. — Вы прибыли спорить со мной касательно плана?