Что-то мешает, и я пока не понимаю что… Как там говаривал Йода? Помедитировать следует над этим вопросом? Всё, что я видел в медитациях во время поиска ответа на вопрос: «что меня сдерживает» — зеркало. Зеркало, что отражало меня… И на самом деле у такого ответа может быть множество толкований. Туманны видения Силы. Ведь Сила — это бессознательное нечто, стремящееся к равновесию. И она действует, не опираясь на чаяния других. На что она намекает?
— Лайт? — донёсся из-за спины голос Милы.
— Задумался, — вновь покачал я головой, стараясь сосредоточиться на настоящем и отвести ощущения угрозы.
Я устремился к лифту и благодаря ему попал на кокпит. Зайдя в него, я активировал выход из Гиперпространства и тут же запустил режим невидимки. Рядом со мной приземлился Лорм, прямо в кресло, что стояло рядом с креслом пилота. Так же в кокпит зашла Мила вместе с ВВ-7. Гизелум была единственной обитаемой планетой в системе. Судя по архивным данным, что принёс Мастер — это тюремный комплекс Вишейта, которым руководил один из многочисленных слуг Императора Закуула. Вот только, в отличие от многих служивших ему, слуга, чьего имени не сохранилось. Однако известно другое. Слуга готовился к восстанию против Вишейта. И хотя после Вишейта захотели слить буквально все. И Ситы, и Джедаи, и даже собственная семья… Но Слуга хотел предать Вишейта ещё до того, как это стало мейнстримом. Что он желал? Да просто воспользоваться призванными Призраками Силы, захватить их, да пустить себе на усиление. Реализуемая концепция, к слову. В Хрониках Джедаев можно найти парочку Ситов, которые игрались подобным образом, и все они были сильны, скорее всего из-за этого. Вот только всё пошло по одному месту. Нет, Вишейт не успел понять, что его предали. Всё расставила на свои места Сила.
Началась та самая война и предатель сгинул во время одной из битв с Ситами на Коррибане. А Медальон в итоге оказался в Резиденции на Дризме. И, так как в Неизведанных регионах полным-полно планет, некогда служившим Вишейту, естественно что там образовалось множество групп Чёрных Копателей. Артефакты Силы в Далёкой-Далёкой — это не просто древние безделушки. И стоят они баснословных денег эти артефакты. Коллекционеры, Одарённые… Ситы, в конце концов. Плэгас и Палпатин уже действуют в Галактике и явно не прошли бы мимо Медальона. А что если они и есть те, на кого работает Шиллаж и Тейрон? Тогда многое встаёт на свои места… Пусть Шиллаж и сильна, но в одиночку, без прикрытия Плэгаса, вряд ли бы её раньше не обнаружили Джедаи. А там уже за колдуньей пришёл бы Джедай-Тень… Слово за слово и труп Ведьмы швырнули бы в крематорий. Но она жива, а ещё ошивается с наёмником уровня Тейрона.
Тем временем грязный шарик Гизелума становился всё ближе. Планета издали казалась жёлтой, что навевало мысли о том, что она покрыта бескрайними пустынями. И правда — так оно и есть. Однако среди бесконечных, казалось бы, пустынь стоял просто невероятно гигантский комплекс…
— Делаем, как договаривались, — заявил Лорм. — Мила остаётся на корабле. В то время как мы с моим учеником отправляемся вглубь комплекса. Каковы результаты сканирования?
— Оно показало наличие лишь одной формы жизни, — ответил я наставнику, нажав на кнопку невидимости.
— Но зачем невидимость? — спросила Мила у меня. — Мы же уже в атмосфере…
— Это Закуульский комплекс, — пояснил наставник Миле. — Для вас Империя Закуул, как и её правитель — лишь ещё одна глава в исторических хрониках. Между тем Дарт Вишейт, он же Император Валкорион — хотел поглотить ВСЮ ЖИЗНЬ В ГАЛАКТИКЕ. И он вполне мог это сделать. Это монстр, которого боялись самые великие Джедаи за всю историю.
— Наставник верно говорит, Мила. Как приземлимся на посадочной платформе — из корабля ни ногой.
В режиме невидимости мы приземлились на посадочной платформе. Аппарель ещё опускалась, когда меня сзади обняла Мила. Я почувствовал её обжигающее дыхание… Наставник будто не заметил это и тут же устремился наружу, нацепив на нос фильтратор воздуха — мало ли…
— Вернись, Лайт, — шептал голос Милы Карнур, — и верни мне моего глупого брата.
— Я обещаю…
— Вернись живым, — потребовала она. — Я… Пусть это и кажется слегка спонтанным. Но я понимаю, что люблю тебя, больше жизни. И не хочу видеть тебя мёртвым… Даже если… — она запнулась, — даже если ты не сможешь спасти Джойрана — главное ты вернись.