— Да она вырубилась, — заметил я, — но спасибо тебе, Амелла. Ты мне очень помогла.
Взяв полотенце, я аккуратно вытер сперму с её лица и некоторой части тела. Девушке будет неприятно, если вся эта семенная жидкость застынет и начнёт источать запах, это точно. Так что закончив обтирание девушки, я ещё немного помассировал, направляя Силу, помогая ей окончательно расслабиться и уснуть, что было просто, ведь она только что испытала парочку оргазмов. И по её словам, учитывая что она не девственница, раньше с партнёром она оргазмов не испытывала. Удовлетворившись проделанной работой и отдохнув телом, я прилёг рядом и приобнял её, стараясь немного абстрагироваться от обстоятельств, что около меня невероятно сексуальная девушка, чтобы член опять не встал. А не то это уже будет считаться изнасилованием… Но у меня получилось. Я провалился в спасительную дрёму спустя каких-то три-четыре минуты.
Внимание! Этот перевод, возможно, ещё не готов.
Его статус: идёт перевод
http://tl.rulate.ru/book/57369/2433212
Глава 58
Продолжение обучения (10). Альдераан (8). Университет (7). Синева Альдераана (3). Завершение тура
После первого секса Амелла (прим. Автора — предыдущая глава 57,5), будто с цепи сорвалась. Следующие пару дней оканчивались в постели, из которой мы могли и за полдень не вылезать. Можно сказать, что девушка нашла, наконец, способ благодаря которому я начал обращать на неё внимание и начала активно им пользоваться. Я же… Что я чувствовал от наших страстных ночей? Свободу… Замок, что сковывал меня после увиденной мной смерти Милы, начал разрушаться.
Я сам не заметил, как встал однажды утром с кровати, поцеловал в щёчку мирно сопящую рядом Амеллу и уже под холодным душем осознал, что мой разум будто освободился от той тяжести, которую он обрёл после того, что я тогда лицезрел на планете-тюрьме. Верно, вечно скорбеть и ныть уж точно не лучшее решение. Поэтому, отойдя от всех последствий, я просто продолжил жить. Воистину: раны нанесённые одной женщиной могут быть залечены другой женщиной. И пусть фактический смысл данного высказывания, в моём понимании, немного о другом, я понял, что именно Амелла, её прямолинейные действия и чувства заставили меня отойти окончательно от того, что тогда произошло.
Тем печальнее, что мне, всё-таки, придётся её покинуть. Может я и остался таким же лицемером? Ведь любовь, мечты… Всё это для Амеллы я намеревался перечеркнуть, уйдя. Не получается ли, что я просто ей пользуюсь? Получается, но это как посмотреть… Ведь лучше будет самой Амелле, если я сам уйду, может даже поясню ей некоторые моменты. Да. Но до тех пор ещё можно наслаждаться теплотой. Нет времени жалеть о том, что я кого-то брошу. Да, отчасти лицемерно… Но таков мой путь. Он появился задолго до того, как в моей жизни появилась Амелла Дойн. И он не исчезнет. Ведь, как я уже решил — я намереваюсь сделать хоть что-то в этой Далёкой-Далёкой Галактике. Не считаю, что всё то, что я буду делать — исключительно верно. Только коммунисты и нацисты искренне считали свои действия идеально верными. И тех, и других за такие мнение постигла печальная участь. Страны, которые они представляли были порушены, где-то войной, а где-то сухой экономикой.
Но чтобы в итоге не вышло, я приму итог. И в зависимости от итога — будет и моя судьба. Я могу вообще не дожить до последствий своих действий. Таковы реалии моей новой Родины, так сказать. К выходным лайнер «Синева Альдераана» проплывал над Впадиной, так называемой дырой, чья глубина составляла добрые тысячи две метров. И эта впадина имела особый секрет — светящиеся, глубоководные кристаллы, которые даровали толще воды светло-голубой цвет. Они не являлись кибер-кристаллами, но всё равно умудрялись светиться на такой глубине. Если верить буклету — кристаллы имели в своём составе вещество, уникальное для них самих, которое аккумулировало энергию тепла из идущего под ними магмы. Аккумулируя эту энергию, кристаллы могли сверкать синим цветом, освещая многие на многие километры толщу воды. Отсюда и название подводного лайнера: «Синева Альдераана». Кристаллов было бесконечное множество, отчего под водой на уровне пятисот метров было светло, как днём. Только свет был синим.