Ирония? Да, она самая… У самого входа меня встретил переодевшийся в более свободную форму Король.
— Благодарю Лайт, за то, что удовлетворил мою просьбу посетить меня в более непринуждённой обстановке, вдали от глаз. Увы, не все мои поданные поддерживают меня, пусть и видят разложение Нави. Он… — Аларик отвёл взгляд. — Долго был на Корусанте и вместо того, чтобы примкнуть к Сенаторам, что действительно радеют за благо, какое-никакое — он решил пользоваться положением исключительно для себя.
— А ведь он и не единственный сефи, кто много времени провёл вдалеке, Ваше Величество… Я рад, наконец, вернуться, — закончив говорить, я вдохнул полной грудью.
— Здесь можешь обращаться ко мне по имени, — ответил Король. — Всё же ты не сказать, чтобы уступал мне по рангу, либо значимости.
— Вы это серьёзно? — спросил я, но напоровшись на взгляд Короля, продолжил. — Хорошо, как пожелаешь. Король Аларик… — порой при встрече с такими особами лучше просто принять их волю.
— Честно признаться, я уже не раз подчёркивал то, как мы все гордимся тем, куда завёл тебя тот путь… — он махнул рукой и я пошёл рядом с ним, сопровождая его. — Я помню тебя ещё ребёнком в детском саду детей дворян. Ты был стеснительным и тихим. Можно даже сказать — забитым. И глянь на себя теперь… Уверенный в себе мужчина. Магистр Джедай, Адмирал, Генерал… Ты многое пережил, дабы дойти до своего текущего положения. Это заставляет гордится, — мы прошли по мосту, над каналом и подошли к одному из растений. — Пожалуй, его я хотел вам показать.
— Показать растение?
— Ценности разумных меняются от разумного к разумным, Лайт, — наставительно произнёс Аларик. — Что ценит один — другому может показаться совсем непримечательной вещью. Тем не менее — чтобы ценить что-то — надлежит делать это «что-то» особенным, уникальным. Что-то, что не сделает сей сад «просто оранжереей».
Мы подошли к одному из цветков.
— Это цветы, — указал он. — С планеты из неизведанных регионов. Я вырастил их около сотни лет назад и берегу, как берёг бы собственных детей… жаль, что боги мне их так и не даровали… — растение было самым обычным, на первый взгляд. Однако следуя логике Аларика — для него это было ценное растение. Ведь он вложил труд, время и нервы на его выращивание. — Как видишь, — он взмахнуло рукой, указывая на другие растения — я полностью их обособил, дабы ни один из других видов не мешал им расти. Таков ведь порядок вещей, не так ли?
— Намекаете на порядок вещей что в Галактике, что среди растений? Агрессивные виды — могут легко вытеснить из местообитания «миролюбивые»?
— Верно, — подтвердил Аларик. — Но должно ли нам держать гнев на хищников за их природу, Лайт? Быть может они уникальны только за счёт такой природы? И им тоже нужно развитие… Они тоже часть экосистемы, без которой — её постигнет крах. Всегда должны быть те, кто являются хищниками. Моя роль тут состоит в том, чтобы дать место на развитие всем. И этим сад мой напоминает Галактику, Лайт. Развиваются все… Каждый вносит свою лепту в историю нашей Галактики… И в то же время — есть агрессивные хищники, которых следовало бы изолировать, дабы остальные жили в гармонии…
— Ваше мировоззрение чем-то напоминает мировоззрение Мастера Фэй, — произнёс я.
— Вот как? — задал он вопрос. — Уникальная женщина, ты так не считаешь? Гибриды между сефи и диатимами… Вдобавок её деяния по всей Галактике…
— Однако следует понимать, Аларик, что не всегда и не везде вам удастся изолировать агрессивных от остальных. Точнее — это никогда не удаётся… Вы и сами-то поступили немного не так, как хотели бы, примкнув к КНС…
— Из двух зол я выбрал меньшее, — Аларик посмотрел мне в глаза. — Сенат Республики — это коррупционная дыра, для отмыва денег. Сенаторы давно забыли всё то, что декларируют, когда пребывают в Сенат для присяги. Я помню совсем другую Республику. Величественную… Справедливую. Когда Сенаторы действительно выносили на повестку важные вопросы. И решали их… Когда тех, кто берёт взятки — сажали в тюрьмы независимо от чина. По крайней мере — Сепаратисты сражаются с теми, кто неприятен любому адекватному разумному.