— Ну, Энакин, — я отхлебнул чай, а после налил ему тёплого чая в ую кружку и предложил ему. — Ты как будто встревожен. Причём очень сильно. Сильнее обычного.
— Я… вы можете сказать мне, есть ли в Великом Голокроне какая-нибудь техника Исцеления, которую никому не преподают?
— Ты всерьёз решил обратиться ко мне с таким вопросом? Почему не к Оби-Вану, или к Вокаре Че? Последняя и вовсе лучше всех Магистров Высшего Совета в деле исцеления вместе взятых, — признал я. Действительно, текущий Высший Совет либо боевой направленности, как я, Винду, Пло Кун, Шаак Ти, Ки-Ади-Мунди, Оби-Ван… Либо дипломатической. Я даже не помню, когда в последний раз Магистром становился тот, кто шёл по стезе медицины Джедаев. — Великий Голокрон хранит множество тайн и множество техник и знаний, — продолжил я. — И к нему имеют доступ лишь Магистры Высшего Совета. Тут важен формализм самого звания и традиции. Что до исцеляющих техник. Честно признаться — я предпочитаю не попадаться, чтобы не было нужды их использовать. А что, почему вдруг ты, такой прекрасный воин, заинтересовался данным техниками? Ты силён, разве тебе они нужны?
Ты либо учишь исцеляющие техники, либо становишься настолько сильным, что необходимость их применять становится совсем ничтожной. Энакин относился ко второй категории. Чем сильнее Джедай, тем меньше необходимости в применении к себе любимому такой техники, потому что ты элементарно — можешь из любого звиздеца выйти без царапины.
— Это не для меня, — честно признался Энакин, опустив взор в свою кружку. Жидкость в ней крутилась, выдавая тот факт, что Энакин закручивал её сейчас при помощи телекинеза. Он не размешивал сахар, потому что от него отказался, просто раскручивал жидкость.
— А для кого? Оби-Вана? Может Сенатору Амидале требуется помощь? — спросил я, Энакин тут же поднял взор. Хммм… понятно. — Не подумай ничего дурного, но мои возможности куда больше, чем многие считают. У меня есть доступ к медицинским данным всего Сената, даже уборщиков и техников в самом здании Сената… У Сенатора Амидалы нет никаких проблем со здоровьем. Она находится в вполне себе нормальном состоянии, для женщины.
Беременна она, но умело скрывает это за свободным платьем на несколько размеров больше. Некоторые могли бы подумать, что Падме налегала пару месяцев подряд на сладкое, получила лишний вес и слегка стесняется теперь, стала реже посещать сессии Сената и ходить медленнее. Её беременность — это знак скорого завершения всей этой истории с Войной Клонов. И… я проявил уважение к её личной жизни. Сведения о беременности — это не то, что лучше узнавать от главного разведчика организации, в которой ты состоишь. Это довольно чувственный и тонкий момент, Фэй не даст соврать.
— Мне были видения, Магистр, — он наконец отпил из кружки. — Я видел, как её… Сенатора Амидалу… постигла ужасная участь.
— Ужасная участь? — прищурился я. — Ты определённо близок с ней. Но Энакин, то, что я тебе скажу — крайне важно. Видения Силы у таких, как ты, редко бывают истинным пророчеством.
— Истинным?
— Мастер Астаал Вилбум из Совета Первого Знания пояснил бы тебе лучше этот вопрос, хотя он бы ударился в такие пояснения, что у тебя бы не осталось времени на твою миссию. Есть два типа пророчеств, Энакин. Пророки Джедаев, что всегда стараются предвидеть будущее при помощи Силы — это особые разумные, с довольно редким талантом. Они должны десятилетиями медитировать, игнорируя иные пути Силы, почти как наши Целители. Два типа пророчеств… Истинное — это то пророчество, что показывается независимо и оно обычно может предсказать события на сотни, тысячи лет вперёд… И «ложное», оно же «самоисполняющееся». Последние пророчества способны видеть все Джедаи, без исключения. Обычно такие пророчества опираются на эмоциональный интеллект и при сопоставлении определённых факторов — являются даже юнлингам. Знаешь, почему они зовутся «самоисполняющимися»?