— Да, Ральф, все получилось.
— Отлично, Инэсса, тогда дай, пожалуйста, большое увеличение и предельное разрешение.
Инэсса еще больше притушила в рубке свет и погасила свечение рукава Ориона. Сначала ничего не было видно, но постепенно стали проступать очертания чего-то необычного. Чем контрастней и ярче становилось голографическое объемное изображение, тем присутствующих все больше и больше охватывал непонятный, волнующий душу трепет. Через несколько секунд в центре рубки во всей красе развернулась туманность, метко названная кем-то Глаз Бога. В золотисто-красноватом обрамлении будто заветренных песком, пылью и солнцем пустыни век на астронавтов глядел небесно-прозрачный голубой глаз исполина. Сходство было настолько разительным, что в первые секунды и командир с навигатором, да и сам виновник — астрофизик, затаили дыхание, будто и впрямь ожидая невероятного чуда…
Наконец Никитин пошевелился и тихо сказал:
— Ворожит до мурашек по коже.
— Да-а, пробирает… Спасибо, Ральф, не ожидал такого, — поблагодарил Сомов.
— Да я, признаться, и сам на такой эффект не рассчитывал. То, что я с вами сейчас увидел, ни один художник не нарисует.
— Природа!.. — кивнул Никитин и вздохнул. — Какие уж тут Малевичи…
— Если верить показаниям сейсмографов при проведении подземных подрывов и тем образцам породы, которые мы с Катрин и Володей достали с различных глубин, то с большой степенью вероятности можно утверждать, что строение планеты на некоторых участках сильно отличается от общепринятых норм в геологии. Такое впечатление, что по крайней мере в трех районах планеты, в средних широтах на глубинах от трех до тридцати километров находятся каменные глыбы колоссальных размеров и правильной формы. Уж не знаю, вправе ли я предположить, что это не игра природы, а искусственные образования… — докладывал Парсонс.
— А если искусственные, а? — мечтательно произнес кибернетик Мел Гринвуд. — Тогда что это может быть? Подземный город, завод, космодром?..
— Действительно, Парсонс, У вас есть идеи на этот счет? — поинтересовался Сомов.
— Да как сказать, эти образования настолько велики, даже с учетом возможных погрешностей при измерениях, что… Ну, вот как вы сами-то представляете город, верхние этажи которого находятся на глубине пяти километров, нижние — двадцати, длиной этот город до восьмидесяти километров и шириной — до тридцати? То-то же! И почему под землей?
— Нейл, а мы не можем докопаться до этого, гм… города? — поинтересовался Никитин.
— В каком смысле?
— Да в прямом — бурами, ломами и лопатами!
— Нет, это невозможно… невозможно. Такого оборудования у нас нет. Сожалею.
— А если поискать выход наружу? Ведь если в городе живут разумные существа, не могут же они вечно сидеть в своем подземелье, когда-нибудь они да выходят на поверхность? — опять присоединился к дискуссии Гринвуд.
— Мы можем только предполагать… И вообще — кто сказал, что это город или завод? Мне кажется, что мы принимаем желаемое за действительное. Может, это просто-напросто утонувший десятки миллионов лет назад кусок местной Гондваны? — Карел оглядел присутствующих, ища поддержки.
— Для Гондваны это слишком мелкий кусок, камешек, песчинка, — отпарировал Парсонс.
— Разрешите? — робко поднял руку Вовка и, увидев кивок Сомова, продолжил: — Я считаю, что при любом раскладе мы просто обязаны попытаться объяснить себе, что там такое, внизу! Поэтому предлагаю сосредоточить все усилия на исследовании ближайшего к нам объекта.
В кают-компании воцарилась тишина, экипаж взвешивал предложение.
— Ну хорошо, а ремонт? — спросил Сомов.
— Михал Васильич, ремонт ведет БУРР и Инэсса, я только его периодически контролирую и все! Ответственно заявляю — исследования не повлияют на сроки ремонта конвертера! Не верите — спросите Инэссу.
— А я полностью согласен с бортинженером, мы кто — разведчики, черт побери, или простые космические дальнобойщики, попавшие в аварию и тупо ремонтирующие свой аппарат на обочине? — неожиданно вмешался Дефо. — Конечно, надо исследовать!
— Михал Васильич, я тоже согласен. Более того, если мы обнаружим… э-э-э… что-то значимое, то улетать с планеты, независимо от состояния конвертера, просто не имеем права. И неважно, в данном конкретном случае, что план полета предполагал облет и исследование совсем другого района космоса. Может, это судьба?.. — штурман оглядел экипаж.