— Будь я злодеем, — прошипел он, — то удавил бы тебя сейчас, как крысенка. Но я не имею ко всему этому дерьму никакого отношения.
В подтверждение своих слов Кир отпустил пленницу и привалился спиной к клетке в тщетных попытках восстановить дыхание.
— Но жучки… — пролепетала архейка, потирая горло и с опаской поглядывая на здоровяка снизу вверх.
Принц коленом вышиб дверь, взял свой комбинезон и вынул из кармана крохотные черные пластинки размером не больше таракана. И с презрением швырнул всю горсть на взмокшую грудь наставницы, к которой те с большой охотой прилипли.
— Они все сожжены детектором, — фыркнул кадет. — Я для того эту штуку и просил. Не веришь — проверь челнок еще раз. Он чист, как слеза младенца.
— Ты мог вынести часть жучков и спрятать…
— У вас камер больше, чем на съемках Изабеллы де'Вулкан! На каждом углу, блин, по три натыкано. Просмотрите записи — и во всем убедитесь.
— Но кто тогда…
— Не зна-ю, — по слогам повторил налетчик.
— Я тебе не верю, — Айлин встала и вскинула подбородок, наотрез отказавшись признавать поражение. — Но раз прямых улик пока нет, то и задержать тебя не могу. Но учти — я буду приглядывать за тобой тщательней, чем оператор Изабеллы — за ее вулканом.
— О, рад встретить ценителя высокой культуры, — Кир осклабился.
— Заткнись. И собирай свое барахло — нам пора на дежурство.
— Минуточку… У нас еще два часа силовой тренировки — забыла?
— Ничего страшного — попрошу диспетчера все отменить.
— Ага, — Принц расплылся в ехидной ухмылке. — Если сумеешь добраться до рации.
— Ч-что?
Он кинулся на нее и сшиб мощным регбийным захватом. Перевернул на живот, как игрушку, схватил за ноги и скрестил так, словно пытался заплести в косу. Рыжая зашипела и впилась пальцами в маты, но парень и не думал останавливаться — особенно после всех мучений, что ему пришлось испытать на ринге.
— Я тебя покалечу… — прошипела сержант.
— Жду с нетерпением.
Архейка приподнялась на ладонях и со всей дури лягнула налетчика пятками в грудь. Сердце пропустило удар, затылок прошиб холодный пот, а парень отшатнулся и ослабил захват. Айлин из той же позы рубанула его ногой под колени, и как только шкаф с глухим грохотом упал, бешеной кошкой прыгнула ему на живот и вцепилась в горло.
Кир оглушил ее ударами ладоней по ушам, и как только бестия пьяно замотала головой, столкнул с себя и обхватил бедрами живот, точно ножницами. А затем заломил руки за спину и очень сильно захотел завязать их узлом, но решил не перегибать палку.
— Ты ударил меня, — процедила Айлин, лежа моськой в пол. — Это против правил…
— Думаешь, бандиты будут драться с тобой по правилам? — хохотнул пират.
— В ФАРПОСТе нет бандитов…
— О, это пока. Как только начнут иссякать припасы — твои золотые студентики жрать друг дружку начнут — причем буквально, уж поверь моему опыту.
— Отпусти…
— Проси пощады.
— Нет…
Он надавил посильнее, и стражница издала хриплый стон.
— Тварь…
— Ты допустила несколько ошибок в слове «пощады».
— Не дождешься.
— Правда? Тогда придется показать тебе парочку действительно жестких приемов. Сама напросилась.
Кир сжал сведенные запястья левой рукой — да так, что никакие наручники не понадобились. А пальцами правой скользнул вдоль выпирающих ребер и юрким пауком нырнул под мышку. Айлин дернулась, как от удара тока, выгнулась дугой и до скрежета сжала зубы.
— Н-нет… х-хватит…
— О, наш дерзкий и бесстрашный сержант боится щекотки.
— Прекрати, — рыжую трясло так, словно она закусила оголенный провод.
— Проси пощады.
— Н-ненавижу т-тебя…
— И снова уйма ошибок, — пальцы под мышкой затрепетали быстрее, чем у матерого стенографиста. — Сколько у тебя по языку — два с минусом?
— У-у-у-ублю-ю-ю-ю-ю-д-о-о-о-о-к… — из-за дрожи Кайлиан едва выговаривала слова.
— Интересно, а другой бок такой же чувствительный?
— Не смей… убью…
— А может, сразу проверить твои пяточки?
— НЕТ!!
Поздно. Легкие касания стоп вызвали такой припадок, что Кир всерьез забеспокоился, как бы наставница не пустила пену ртом. Но засранка не проявила к нему никакого снисхождения, а значит, и он ее жалеть не будет. Тем более, что такая стерва не заслуживает ни сочувствия, ни сострадания.
— Сдаюсь, — наконец выдохнула девушка, не в силах больше выдерживать запредельного напряжения, сравнимого разве что с перегрузкой при маневрировании в атмосферном бою. — Пощады…