— Может, в туалет пошла? — Кир пожал плечами.
Но уборные тоже пустовали, и Айлин всерьез забеспокоилась, не отчаялась ли Виктория на какую-нибудь глупость. Пришлось просить дежурных проверить камеры наблюдения, и как вскоре выяснилось, майор зашла в комнату отдыха для старших офицеров и не покидала ее до сих пор.
— Вам помочь? — с тревогой спросил молодой городовой.
— Сами справимся, — рыкнула Кайлиан и поспешила к нужной двери.
Но та оказалась заперта изнутри на механический замок и на мастер-ключ никак не реагировала. Напарники как по команде прильнули к преграде ушами, но не услышали ничего, кроме гнетущей тишины.
— Майор Амада! — в голосе архейки впервые отчетливо проступил страх. — Вы там? Откройте!
Но ни крики, ни громкий стук ни к чему не привели.
— Майор!
— В сторону! — Кир отошел на шаг и со всей дури вмазал ногой по створке.
Хорошо, что ее не стали бронировать и вообще как-либо усиливать, и после трех подач стальной язычок треснул, и товарищи ворвались внутрь. Амада в расстегнутой униформе лежала на кресле с запрокинутой головой, распахнутым ртом и залитым слезами личиком и не подавала признаков жизни. На столе подле нее валялась опрокинутая бутылка и покрытый каплями планшет, на котором женщина что-то выводила стилусом.
— Господи! — сержант пулей бросилась к начальнице. — Майор Амада!
— Похоже, решила долго не мучиться, — Принц хмыкнул и понюхал бутылку. — Коньяк. Дорогущий. Наверное, запила им какие-то таблетки. А коктейль из бухла и колес — верный путь на тот свет.
— Заткнись! — рыжая похлопала по влажным бледным щекам. — Виктория! Очнитесь!
— А это, должно быть, предсмертная записка, — пират сел на край стола и взял гаджет. — Мой дорогой отец. Прости, что не оправдала твое доверие и не справилась с возложенными нашей страной обязательствами.
— Вызови «скорую», живо! И принеси воды, надо промыть желудок!
Блондин со вздохом склонился над главной стражницей и зажал ей нос.
— Ты что творишь?! — накинулась на него рыжая.
Но пару секунд спустя Амада громко хрюкнула, вздрогнула и сонно замотала головой.
— Майор! — Айлин присела перед ней на корточки. — Вы в порядке? Что вы употребляли?
— Коньяк, — Виктория шмыгнула, взяла бутылку и приложилась к горлышку. — Черт, закончился.
— А что еще?
— Ничего. У меня больше нет ни стаканчика. А это бутылку я берегла, чтобы отпраздновать с коллегами успешное завершение учебного цикла. Но, кажется, беречь ее уже бессмысленно.
Бледная мордашка вмиг скуксилась и покраснела. Амада схватила архейку за плечи, прижалась к груди и тонко завыла, заливаясь слезами.
— Простите меня… Я подвела вас всех. Я настолько слабая и трусливая, что после ссоры с Петуховым налакалась со страху до потери сознания…
— Робкий боится до драки, — назидательно изрек пират. — Трус — во время. А смелый — после.
— Твои речи — для воинов, а не такого ничтожества, как я… Только не кричи на меня больше, иначе я опять напьюсь. Если, конечно, в магазинах еще осталось хоть что-нибудь спиртное… Да уж, хороша из меня глава городовых.
Виктория разревелась пуще прежнего. И хоть Айлин обнимала ее и участливо гладила по спине, бедолага рыдала лишь громче и мелко тряслась всем телом.
— Оставьте меня… Идите искать заговорщиков или чем вы там занимаетесь. А со мной все уже ясно. Тут уже ничего не исправишь.
— Виктория, — как можно спокойнее произнес пират. — Без командира побежит любая армия. Если вы сдадитесь и сложите полномочия — уже никто не спасет академию от анархии и резни.
— Думаешь, я спасу?
— По крайней мере, выиграете нам немало времени, а сейчас каждый час на счету. И все, что от вас потребуется — это подписать несколько распоряжений и сделать пару заявлений. Желательно, не хныкая при том и не истеря.
— Извини… — она села поудобнее и застегнула мундир. — Что надо делать?
— Во-первых, объявить чрезвычайное положение и взять полный контроль над станцией в свои руки.
— Но согласно уставу, в случае ЧП власть переходит к совету. В него входят я, ректор, Эдуард Семенович, глава инженерного и технического отделов, судья, капитан экипажа, а так же по избранному представителю от каждого студенческого статуса и…
Амада осеклась, поймав строгий взгляд пирата.
— Сейчас не время препираться и спорить. Пришла пора жестких и решительных действий. А для этого нужно стать тираном — пусть и ненадолго.