Между ними в стрельчатых рамах сияли голографические витражи в виде пейзажей родного мира — окутанных тучами громадных горных хребтов, высоченных хвойных лесов и необъятных изумрудных лугов, изрезанных прожилками тысяч и тысяч ручьев.
Голограммы наполняли зал призрачным светом, разбавляемым стилизованными под свечные люстры лампами. Под ними уже собирались первые посетители — в основном парни в разноцветных костюмах, каждый из которых относился к той или иной группе, чьи стяги тоже висели около витражей.
Немногочисленные девушки в скромных платьях хлопотали за столами под чутким присмотром старост — выносили большие чаши с ароматными напитками, бутылки в ведрах со льдом и расставленные пирамидами фужеры.
Музыкантши из камерного оркестра тихонько настраивали инструменты в углу, крепкие ребята в алых пиджаках стояли у входа и прохаживались в коридорах, пока их более субтильные сородичи готовили инвентарь для конкурсов и подвижных игр.
Кира пропустили без обыска и лишних расспросов — единственный человек в кампусе не нуждался в дополнительном представлении. Налив себе безалкогольного пунша, Принц навострил уши и внимательно наблюдал за студентами, что потихоньку кучковались в соответствии с цветовой дифференциацией штанов.
Девушки в основном обсуждали парней, парни — девушек, лишь изредка заводя речь о незавидном положении станции и проблемах в академии. Но большинство болтало о чем угодно, кроме действительно важных вещей. И, разумеется, пират не услышал ни единого слова о клубе, его заседателях и технике в целом — точные науки местную публику не волновали вовсе.
— Смотрите, кто пожаловал, — к Принцу подошли трое парней в белых облачениях. — Обломщик собственной персоной. Пришел испортить нам веселье?
— Нет, — спокойно ответил Кир. — Меня пригласили старосты.
— Ну, эти заучки и варанга пригласят, лишь бы получить капельку внимания. Но мой тебе совет — не донимай наших сестер. Не подходи к ним, не приглашай на танец, а лучше вообще не смотри в их сторону.
— А если совсем невтерпеж, — добавил второй, — милуй свою рыжую подружку. Нам только в радость посмотреть, как изгой унижается еще больше.
— Угу. Приму к сведению, — пират улыбнулся. — Что-нибудь еще, господа?
— Не нарывайся, макака, — самый плечистый шагнул вперед и сжал кулаки. — Сегодня ты без формы, а против нашего брата у тебя нет ни шанса.
— Хочешь проверить? — тем же тоном спросил землянин.
Здоровяк скрипнул зубами и глухо зарычал, но тут раздался мелодичный звон, и парни с девушками поспешили занять места по разные стороны зала. Задиры ушли к своим одногруппникам, Кир же предпочел переместиться поближе к столу с угощениями, где отирались самые небогатые и невзрачно одетые студенты, исполняющие роль прислуги для господ.
— Дорогие друзья! — в центр шагнула староста в пышном золотом платье. — Несмотря на все угрозы и вызовы, мы решили не отменять наше еженедельное воскресное собрание. Ведь если враг — внешний или внутренний — заставит нас отказаться от обычаев — значит, он уже победил. Чего мы — гордые сыны и дочери Археи — никогда не допустим. Поэтому веселитесь и наслаждайтесь друг другом, как в последний раз. Возможно, следующему балу уже не суждено состояться, но этот навеки войдет в летописи нашего мира. Да здравствует вечная мать!
— Пусть цветет вечно! — хором ответили учащиеся.
Заиграл торжественный гимн, плавно перетекший в размеренную мелодию. Первые пары неспешно закружились в танце, а принцесса и сержант все никак не появлялись. Кир хотел написать спутнице на планшет, как вдруг входная дверь распахнулась, и в помещение величаво вплыла Инда в роскошном красном платье и с вычурной высокой прической.
Следом за ней, сутулясь, воровато оглядываясь и прижимая ладони к животу, вошла Айлин, которую пират опознал лишь по медно-рыжим волосам и неизменному конскому хвосту — правда, теперь слегка распушенному и украшенному золотыми нитями.
Ее высочество поработала над ней так, что и без того красивое личико превратилось в сущую картинку из-под руки гениального мастера. Тени, румяна и помада до того преобразили лик наставницы, что у Кира невольно екнуло в груди.
Когда же он опустил взгляд на глубокое треугольное декольте и обнаженные плечи, екнуло гораздо ниже. В пышной темно-синей юбке, макияже и украшениях девушка смотрелась настолько притягательно, что пират долго не мог отвести глаз, не замечая больше никого вокруг.