К вечеру народу в баре набилось — как сельдей в бочке. Что послужило такой популярности — жаркий день, после которого каждый хотел пополнить запас жидкости в организме, или отсутствие шерифа? Холман едва успевал отправлять по стойке заказы в руки страждущих. Его мозг работал, как пулемет.
— Пива!
«Шахтер», — безошибочно определил Холман.
— Эй, приятель, «Кукумбер» без льда!
«Член экипажа челнока».
— Пива и сухариков.
«Инженер технического отдела Эрго».
— Пива!
«Судя по слабым связкам — геолог. Из — за длительных экспедиций редко общается с людьми».
— «Саймона», приятель!
Рука Холмана автоматом отправила стопку по стойке в направлении заказа. «Это… это… — безупречный интеллект психоаналитика дал сбой. Мысли застряли на одном месте, словно буксующее колесо. Интонации совершенно не вязались с юным девичьим голоском. — Кто же это?»
Холман изогнулся, чтобы рассмотреть за стеной раскрасневшихся лиц особу, попросившую виски. Стопка, совершив длительный путь по стойке, в конце была ловко перехвачена хрупкой девичьей ручкой.
«Вот гадство — несовершеннолетняя!» — Холман, на время прекратив принимать заказы, заспешил к другому концу стойки. Как он мог так ошибиться?! Подобного с ним не случалось еще ни разу.
— Барышня! Барышня! — Холман, наконец, добрался до конца стойки. Хрупкая девушка с короткой мальчишеской прической, в розовой блузке со смешным мышонком посреди едва наметившейся груди подняла на него огромные голубые глаза. Длинные ресницы хлопнули, словно крылья бабочки.
— Несовершеннолетние не обслуживаются, — сообщил Холман. — Верните заказ. — Бармен потянулся за стопкой, но девушка отстранила руку, не дав прикоснуться к своему виски.
— С какой стати. Я заплатила.
Холман не понимал, что происходит. Внутренний голос психоаналитика отказал напрочь. Холман ощутил себя человеком, потерявшим один из органов чувств. Его будто контузило.
— Я не обслуживаю несовершеннолетних, — повторил он машинально.
— Похвально. — Девушка на мгновение задумалась. Холман готов был поклясться, что она сейчас выдует виски залпом и даже не поморщится. Однако его вновь ждал провал.
— Не волнуйся, приятель, это виски для моего дяди, — сказала девушка, снисходительно усмехнувшись.
Выводы психоаналитика разбились вдребезги.
— А что ж твой дядя сам не возьмет себе виски? — вопрос задал Дженкинс. Он протиснулся к стойке между девушкой и типом в замшевом пиджаке. Мастер уже порядком загрузился пивом. Его и без того красное лицо сейчас напоминало спелый помидор. Хитрый прищур скрыл глаза, а физиономия расплылась в глумливой улыбке. — Или он считает тебя уже достаточно взрослой?
Из — за стойки Холман не разглядел, что сделал Дженкинс, но по довольному выражению лица сообразил, что тот ущипнул девушку за ягодицу. Последовавшая реакция совершенно не вписывалась в стандарты поведения девушек в подобной ситуации и уж точно не была той, на которую рассчитывал мастер.
Девушка повернулась к Дженкинсу и сурово посмотрела ему в глаза.
— Вот что, — сказала она, положив ручку на плечо мастера второго участка, — я понимаю — ты выпил, и не стану жаловаться дяде — он неуравновешенный тип и еще чего доброго замочит тебя. А ты, по сути, неплохой человек. Возможно, в детстве тебе не уделяли внимания, из — за чего ты сейчас ведешь себя как последний придурок. Надеюсь, ты осознаешь низость своего поступка. Однако, если это не так и у тебя есть какие — либо претензии, обращайся к моему дяде — его зовут Скайт Уорнер. Только, пожалуйста, будь с ним повежливее, в противном случае…
— Что в противном случае? — Дженкинс глумливо улыбнулся. Он явно не воспринимал слова юной особы всерьез.
— В противном случае, — девушка убрала руку с плеча Дженкинса, — я вышибу тебе мозги самостоятельно.
Из — за стойки Холман опять не увидел, что происходит, но по неожиданно побледневшему лицу Дженкинса сообразил, что девушка что — то приставила к толстому животу мастера и, скорее всего, это был не пальчик.
Подождав, пока мастер протрезвеет, девушка забрала виски и отошла от стойки.
Любопытство переполняло Холмана. Он вытянул шею и даже привстал на цыпочки, чтобы проследить, куда пойдет загадочная посетительница. Девушка направлялась к столику, за которым сидели трое: высокий крепкий мужчина (по виду пилот), заросший тип в одноразовой одежде и франт в ультрамодном костюме и корабельных тапочках.