— Ни для кого. Я заказал «Саймона», чтобы переговорить с барменом, но меня прервали самым бессовестным образом.
— Каким?
— Я же говорю — меня ущипнули. Где этот тип… — Скайт поискал обидчика взглядом. — Уже ушел.
— Можно, я выпью виски, раз оно ничейное, — спросил Хаксли.
— Удивительно, Джон, ты в теле Лео, а привычки прежние. Видимо, зависимость от алкоголя у тебя психологическая, а не физиологическая.
— Чего пропадать хорошему напитку. К тому же это подозрительно — на четверых одна рюмка, и то никто не пьет.
— Я против, — возразил Леонардо.
— При чем тут ты? — возмутился Хаксли. — Тебя никто не спрашивал.
— Что значит при чем? Это мое тело. Возможно, уже сегодня я в него вернусь. И мне будет неприятно очнуться с головной болью.
— Прекратите, — приказал Скайт. — Не нужно привлекать лишнее внимание. На нас и так смотрят.
Кое — кто из посетителей и в самом деле бросал в сторону их компании любопытные взгляды.
— Ребекка, забери бластер, а то пушка в руках ребенка действует некоторым на нервы. — Скайт протянул под столом пакет с «Дум — Тумом». — Он на предохранителе, но все равно будь осторожнее — это не игрушка.
Ребекка послушно взяла оружие и принялась запихивать в кобуру на поясе. Она неумело сунула «Дум — Тум» рукояткой вниз. У нее, конечно, из этого ничего не получилось. В какой — то момент тяжелая рукоятка выскользнула, и бластер с грохотом упал на пол.
В баре повисла гробовая тишина. Три десятка пар глаз уставились на Скайта Уорнера, уронившего оружие.
— Извините. — Ребекка подобрала бластер и вновь стала совать его в кобуру. Со второго раза ей все — таки удалось справиться с этой задачей.
Как только бластер Скайта Уорнера оказался в кобуре, посетители, словно ни в чем не бывало, вернулись к прежним делам. Вновь зазвенела посуда, зазвучали громкая речь и смех. Но невидимая стрелка общего внимания жестко установилась на столик команды Скайта Уорнера. И конечно, история о том, как великий Скайт Уорнер напился до того, что не удержал бластер, вскоре облетит злачные места по всему космосу. И чем дальше от Эрцер–12 будут эти места, тем большими подробностями обрастет история. Вначале, как это обычно бывает, появится труп, затем еще парочка бездыханных тел, а в конце расскажут, что Скайт Уорнер бесчеловечно перестрелял посетителей, официантов, бармена, шерифа с помощниками и сровнял «Зеленый попугай» с землей. А человек — то только и сделал, что случайно уронил бластер.
— Ребекка, пожалуйста, будь в следующий раз аккуратнее, — попросил Скайт.
Девушка виновато кивнула.
— Все это, конечно, замечательно, но мы, в конце концов, займемся делом или как? — спросил Леонардо. — Скайт, ты говорил, что узнать, где проводятся археологические раскопки, будет легко. Ну и?
— Что «и»? Чем ты недоволен, Лео?
— Во — первых, я не Лео. А во — вторых, я не собираюсь торчать в дешевом кабаке целую вечность.
— Успокойся, никто не собирается торчать здесь целую вечность. Сейчас спросим. — Скайт огляделся по сторонам. — Кто — нибудь наверняка знает, где проводятся археологические раскопки?
— Простите, — неожиданно подала голос Ребекка, — я хочу в туалет, — и красноречиво посмотрела на Скайта.
Когда раздался звук упавшего бластера, Холман вздрогнул всем телом. И не потому, что он никогда не слышал, как падает оружие на пол, а потому, что это был бластер Скайта Уорнера.
В баре замерли все. Уорнер извинился и нарочито неловко подобрал упавшее оружие.
«С одной стопки так не напьешься», — с содроганием подумал бармен.
Глядя, как неуклюже лучший ганфайтер прячет бластер в кобуру, неприятная догадка посетила Холмана — Скайт Уорнер потешается. Он специально уронил оружие, чтобы поиграть на нервах окружающих. Только одно объясняло поведение бывшего пирата — он глумится над посетителями «Зеленого попугая», наслаждаясь их страхом.
«Извращенец, утверждается таким низким способом!» — Холман был в шоке. Растерянность и непостижимая детская непосредственность Скайта Уорнера — маска, за которой скрывается дьявол. Сделанное открытие заставляло стынуть кровь в жилах дипломированного психолога.
Шахтеры у стойки потребовали выпивку, и Холман вернулся к обслуживанию. Он поставил три кружки на стойку перед друзьями Дженкинса.
— Послушай, Холман, что делает Скайт Уорнер в твоем баре? — спросил один из них.
— В самом деле, зачем он прибыл в Эйпонсити? — поддержал другой.
— И кто это с ним?
Парни говорили тихо, чтобы разговор случайно не услышали за столиком Уорнера.